В темноте долины застыли красные волки – массивные тени по ту сторону реки. Капитан Шереметев протягивает тепловизорный бинокль начальнику штаба, и тот присаживается на камне, чтобы лучше видеть укрытое от его внимания оправданное недовольство красных волков.
Он вылетел на вертолете на рекогносцировку местности, надеясь отыскать стаю с воздуха. Одновременно подполковник Веремеев искал себе партнера для исполнения роли генерала в оперативном представлении, и, кажется, нашел весьма быстро среди офицеров, прикомандированных к местному ФСБ. Этот же офицер пообещал обеспечить в Москве себя и напарника генеральскими полевыми мундирами. Дело сдвинулось с мертвой точки, осталось только все хорошо организовать. Ночью Веремеев с напарником должны были вылететь в Москву.
Сразу за Моринцом вступил в дело и старший лейтенант Медведь.
Организатор операции, как обычно бывает, пока остался не у дел и только сидел в кабинете майора Коваленко на координации. Сам Коваленко был здесь же, но не мешал капитану сосредоточенно обдумывать все варианты предстоящих действий и определять самые тонкие места, где потребуется подстраховка.
Первым координатору позвонил старший лейтенант Медведь.
– Гриша, мы, видимо, одного снайпера нашли. К нему дважды за час заезжал Хасбулат. Его фамилия, кстати, Магиддинов, мы смогли выяснить у сотового оператора. Снайпера зовут Алауддин Байсангуров. Он мастер спорта еще СССР по пулевой стрельбе. Человек в возрасте, наверное, около пятидесяти. Сам Байсангуров после первого визита Хасбулата отправился в магазин и купил себе охотничий камуфлированный костюм. Что делать? Будем брать?
– Нужно определить второго снайпера, потом минера, а потом брать всех четверых одного за другим.
– Ладно. Продолжаем работать. Будут новости, я сообщу.
Через десять минут позвонил и подполковник Моринец:
– Как дела, капитан?
– Нашли одного снайпера. Брать пока не стали, чтобы не спугнуть второго и минера.
