В темноте долины застыли красные волки – массивные тени по ту сторону реки. Капитан Шереметев протягивает тепловизорный бинокль начальнику штаба, и тот присаживается на камне, чтобы лучше видеть укрытое от его внимания оправданное недовольство красных волков.
Но задача перед ним все же была поставлена – просмотреть пассажиров, прилетающих из Москвы, определить генералов и проверить, кто и как их встречает. Для этого Шамсутдину специально был куплен мощный бинокль.
Операция начала раскручиваться и пока шла точно по плану, который наметил Григорий Владимирович. Конечно, капитан прекрасно знал, что любой план в какие-то моменты может нарушиться, и тогда придется действовать, исходя из обстоятельств. И заранее определить моменты, когда такое случится, как правило, невозможно…
Из всей роты капитан решил взять с собой только два взвода.
По третьему разу проверялись бронетранспортеры, хотя в их задачи входила лишь доставка спецназовцев до вертолетов. Сами вертолеты проверяли, наверное, вертолетчики, но это уже не забота спецназа.
В день вылета Шереметев решил не загружать солдат занятиями, и оба взвода отдыхали в казарме, дожидаясь команды.
Дожидался пресловутого часа «Х» и сам капитан Шереметев. Он взял на себя командование в операции как-то нечаянно, не задумываясь над тем, что отстранен от должности командира роты. Старший лейтенант Медведь не возражал, и все шло своим обычным чередом.
БТР уже подъехали к казарме, но капитан тянул время и не давал команду к погрузке, хотя солдаты были наготове. Наконец спустя минуты позвонил майор Коваленко:"
"– Григорий Владимирович, с Богом… Командир уже у вертолетчиков чай пьет.
