В темном лабиринте замка Ирдегуса, где время медленно растворялось в бездонной тьме, внезапно появился гигантский паук. Его желеобразное тело покрыто тёмно-синими волосами и острыми шипами, нити его слюны — резким зелёным цветом и с нестерпимым запахом. Когда колдун бросился к треножнику, на его плечи взвыла чудовищная змея, готовая поглотить его в объятиях красных вратах смерти....
Кем должен быть человек, чтобы суметь объединить вокруг себя столько верных людей? И ведь они шли, повинуясь его приказу, не только против беспомощных крестьян, женщин или детей, но и брали штурмом хорошо укреплённые города, тысячами гибли от рук наших рыцарей. И до сих пор не понятно, зачем всё это делалось. Только ради грабежей? Но Вайтандар не так богат. Да и кто сейчас богат вообще⁈ Абсурд! Это слово билось в моей голове, когда я лежал в бреду, охваченный лихорадкой, и теперь оно снова всплыло в памяти и прочно засело в мозгу.
— Все ищут смысл, — отозвался Эл. — И найти его не так уж трудно. Гораздо сложнее поверить, что объяснение, которое ты подобрал, истинно. Не переживай насчёт сгоревшей библиотеки. В книгах ты не нашёл бы ответов на свои вопросы. Ими задавались и до тебя. Тысячи людей посвятили жизни поискам ответов на них. Но если бы они нашли их, им не понадобилось бы писать столько книг.
— Я прочёл множество страниц, и каждая открывала мне кусочек истины, — проговорил Ирд задумчиво. — Так мне казалось. Затем я попытался сопоставить их друг с другом, но мозаика, такая совершенная в каждой части, рассыпалась и не дала мне ничего. Я видел только противоречия. Все казалось истинным по отдельности, но противостояло самому себе, когда я пытался сделать из него целое.
— Ты хотел бы узнать правду? — спросил некромант. — Но о чём?
— Трудно сказать. Наверное, обо всём. Например, для чего был создан мир? Кто его сотворил и зачем? Боги говорят, что знание несёт несчастье, отнимает покой. Только бессмертным под силу нести это бремя. Может, так и есть. Что, если боги специально скрыли от нас знание, чтобы защитить нас? И пытаться отыскать его значит нарушать их волю.
— А если я скажу тебе, что ты — часть Мира и не можешь существовать сам по себе точно так же, как твои пальцы, будучи отделены от твоего тела, лишаются способности двигаться? Не кажется ли тебе, что в таком случае получится, что ты сам себе запрещаешь знать то, что ты и так знаешь?
— Это… интересная мысль, — проговорил Ирд удивлённо.
