В темном лабиринте замка Ирдегуса, где время медленно растворялось в бездонной тьме, внезапно появился гигантский паук. Его желеобразное тело покрыто тёмно-синими волосами и острыми шипами, нити его слюны — резким зелёным цветом и с нестерпимым запахом. Когда колдун бросился к треножнику, на его плечи взвыла чудовищная змея, готовая поглотить его в объятиях красных вратах смерти....
— Мы видели надпись «Нифилим» на стене, — Самарказ указал на камень над входом в пещеру.
Риалея обернулась, чтобы взглянуть, и кивнула.
— Да, так мурскулы назывались раньше. Они же аннунаки.
— А почему они покинули Монтегеру? — спросил Азарад.
— Они долго добывали золото, и им это надоело. Они потребовали, чтобы их вернули на Нибиру, а взамен прислали других рабочих. Но им было отказано — никто не хотел гнуть спины в шахтах на Земле. Тогда нифилим подняли бунт и вынудили тех, кто управлял ими, покинуть наш мир.
— Проход был здесь? — спросил Самарказ. — Поэтому Монтегера переводится «Врата бога»?
Риалея отрицательно покачала головой.
— Нет, но управляли им отсюда.
— Значит, снова его открыть тоже можно из Монтегеры?"
"— Нет, нельзя.
— Но ты сказала, что его можно открыть!
— Да, но иначе. И не отсюда. Вы слышали о Красных Вратах?
— Да, — сказал Самарказ. — Они находятся в Кар-Мардуне и ведут в небесный дворец махараджи. Мы ведь туда и направляемся.
— Правильно. Только не забывайте, что Красные Врата ведут и в царство владыки тьмы тоже. Так вот, Нибиру — это и есть мир Хаоса. Именно оттуда придут ракшасы састара Раваны.
— Ракшасы? — спросил Азарад.
Риалея кивнула.
— Твари в два человеческих роста, с огромным глазом почти во всё лицо, покрытые бронёй, вооружённые лучами смерти, сжигающими всё, на что падают.
— Так они — нифилим⁈ — воскликнул Самарказ, с ужасом взглянув на мурскулов.
— Да, ракшасы — тоже нифилим, — подтвердила Риалея. — Как вы, должно быть, заметили, у этой расы внешний вид зависит от того, к какой касте принадлежит особь. Каста ракшасов — самая многочисленная и свирепая. Это воины, которые умеют только сражаться и убивать.
— И Мард-Риб допустит это⁈ — воскликнул Ашах.
— Хаос должен воцариться в нашем мире. Такова расплата за грех бездействия, — сказала Риалея, и в её голосе звякнули металлические нотки.
— Но это жестоко! — сказал Самарказ резко. — Мы ни в чём не провинились перед сыном Яфры, нас тогда и на свете-то не было.
