В темном лабиринте замка Ирдегуса, где время медленно растворялось в бездонной тьме, внезапно появился гигантский паук. Его желеобразное тело покрыто тёмно-синими волосами и острыми шипами, нити его слюны — резким зелёным цветом и с нестерпимым запахом. Когда колдун бросился к треножнику, на его плечи взвыла чудовищная змея, готовая поглотить его в объятиях красных вратах смерти....
Её лицо медленно приближалось. Охотник почувствовал цветочный запах и едва уловимый аромат то ли масла, то ли притирания. Терпкий и сладковатый. Аватара, без сомнения, собиралась поцеловать его. Он не мог в это поверить."
"— Люби меня! — вдруг выдохнула женщина Самарказу в лицо и порывисто приникла к его губам.
У охотника закружилась голова. На несколько мгновений он даже перестал дышать. Сердце замедлило удары и почти остановилось. Самарказ вдруг вспомнил, что у него уже очень давно не было женщины. Не говоря уже об аватаре бога! Сомневаясь, не совершает ли он кощунства, Самарказ ответил на настойчивый поцелуй Риалеи и крепко её обнял.
* * *— Ты слышала легенду о том, что можно досрочно открыть Красные Врата? — спросил Самарказ, перебирая в пальцах волосы Риалеи.
Насытившись друг другом, они лежали обнажённые и расслабленные. Даже холодный горный воздух не мог остудить их разгорячённых тел.
— Угу, — промурлыкала аватара. — Об этом сказано в труде Алимана Халита, — её плечи белели в темноте перед самым лицом Самарказа.
— Его книга считается ересью, — проговорил он, проводя по ним кончиками пальцев.
— Конечно.
— Значит, в ней написана ложь? — Самарказ замер в ожидании ответа.
— Этого я не говорила. Многое в ней соответствует истине.
— Тогда почему она запрещена?
— Люди считают правильным то, во что верят. А остальное объявляют ересью.
— А легенда…
— … о досрочном открытии Врат при помощи Искушённого? — договорила за охотника Риалея. — Да, это правда. Можно открыть путь к небесному дворцу Яфры и получить прощение грехов.
— Ты знаешь, как это сделать⁈ — задавая вопрос, Самарказ сомневался, что может говорить о подобных вещах с аватарой бога. Что, если сын Яфры слышит его и немедленно покарает за дерзость? — Знаешь? — повторил он, съёживаясь от собственной наглости.
— Конечно, глупый! Я же аватара Мард-Риба, — женщина тихо рассмеялась. — А на тебе много грехов?
— Хватает.
Риалея кивнула.
— Искушение велико, понимаю.
— Ты скажешь мне, как открыть Врата?
— Да, но боюсь, то, что ты услышишь, тебе не понравится, — женщина потянулась и прикрыла ступни краем плаща.
— Давай проверим.
Риалея пожала плечами.
— Хорошо.
