В середине сентября 1941 года в окрестностях Пскова— где-то в тени сосен и среди колючих кустарников— жители прячутся от немецких солдат. Это не просто сценка военного времени, это история о риске и решимости маленького отряда цыган, которые готовы на все ради выживания в этой глуши....
Похоже, «Красный вервольф 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"Я уже собирался спуститься, как кто-то сзади подхватил мои ноги и швырнул меня вниз. Я инстинктивно успел сгруппироваться, но все равно бухнулся о пол лестничной площадки так, что чуть почки не выскочили.
Глава 9
Отбил спину и плечо. Кажется, и ребра сломал. Все произошло так быстро, но я успел сообразить, что в засаде был еще и четвертый. Вот гадство, как я его прошляпил?
Я попытался встать, но боль приковала меня к полу. Сверху спрыгнул рыжий мужик в гражданке с парабеллумом в руке. Поджарый и легкий, даже лестницей не воспользовался.
— Стоять! — скомандовал он на ломанном русском и навел пистолет на цыгана. — Брось нож! Руки подними!
Вот бл*дь, приплыли! Ремень у немца расстегнут. Штаны чуть ли не сваливаются. Теперь ясно, почему я его не увидел. Паскуда отходил в дальний уголок погадить.
Рубин застыл как вкопанный.
— Брось нож! — взвизгнул фашист.
Еще секунда и он пристрелит парня. Цыган смотрел расширенными глазами на меня.
— Бросай, — шепнул я и покачал головой, мол, выхода другого нет, а так еще немного поживем.
Звяк. Нож упал на пол.
— Встать! — фриц пнул меня по бедру и отскочил в сторону на безопасное расстояние, держа нас обоих на мушке.
Я с трудом поднялся и оценил обстановку. До наставленного на нас пистолета всего три шага, на таком расстоянии я сделать ничего не смогу, даже в своей лучшей форме. А сейчас, еле на ногах держусь. Все нутро отбил. Как же так мы влипли? Акела промахнулся.
— На выход, — скомандовал фриц, застегивая одной рукой ремень. — Если дернетесь, стреляю без предупреждения.
Пистолет его дрожал в нетерпении. Гаду очень хотелось расстрелять нас прямо здесь, но он уверен, что взял ценных диверсантов, которые пришли на явочную квартиру. Уже мысленно железный крест примеряет, сука…
Я оперся на Рубина, и мы заковыляли вниз. Шли медленно, я прихрамывал даже больше, чем надо. Понимал, что стоит нам выйти из подъезда, и нам трындец. Там рыжий фриц подмогу подтянет, и пиши пропало. В мозгу роилась тысяча мыслей, но ни одной дельной. Единственное, что можно сделать, это попытаться задержать конвоира, и дать возможность Рубину уйти.
На первом этаже вдруг хлопнула дверь. Кто-то вошел в подъезд. Слышно, что походка легкая и пружинистая. Явно девушка. Мы спустились на первый этаж и поравнялись с вошедшей. Воздушное платьице, косынка в ромашку, под ней родные испуганные глаза. Это была Наташа.
Она сразу все поняла. Опустила взгляд, изобразив испуг.
