В далеком уголке мира начинается история о доверчивой женщине и ее соседке из-за забытого капитремонта в старом доме. Идея книги "Кредит доверчивости" - это таинственный мир, где обычные события могут перерасти в непреодолимое замешательство и опасность.
Ведь вы живете на одном этаже. В одной, так сказать, плоскости…
— Ну уж и в одной! — взвизгнула молчавшая до сих пор истица. — Я, можно сказать, любила ее по-своему… А она неблагодарная тва… То, что живем мы в одной квартире, еще не дает ей права мне имущество портить!
— Ой, мамочки родные! Портить! Какое имущество? — Бабка замахала руками. — У ней все имущество-то рухлядь, от внука моего ей перешедшая! Не слушайте вы ее, ваша честь, врет она все! Не было там никакого потопа, и воды никакой не было! Выдумки это все ее, чтоб квартиру отобрать у падчерицы!"
"Лена озабоченно разбирала документы — целую кипу оценок, счетов, квитанций.
Наконец она выудила подколотые к исковому заявлению акты.
— Поясните, истец, кто составил этот и еще два акта о заливе вашей квартиры. — Лена пыталась разобрать фамилию и подписи.
Только сейчас она обратила внимание, что акты, составленные с разницей в несколько недель, написаны как под копирку, да еще и одним почерком.
— Представители жилконторы. То есть дирекции единого заказчика нашего муниципалитета, — проскрипела Саранкина.
— Ох, ты! — всплеснула руками старушка Игнатова. — Так ты ж и есть твоя жилконтора! Знаем мы твою дирекцию! Ваша честь, этот ее заказчик, инженер главный, Кондратьев Женька! Полюбовник ейный! Тьфу!
— Вы подтверждаете, что все три акта составил Кондратьев? — продолжила Лена атаку на истицу.
— Ну и составил! А что ж? Это его обязанность — следить за порядком на вверенной территории и помогать жильцам!
— А кто их писал? Я спрашиваю, кто? Исковое заявление распечатано на принтере, а вот это приложение с описанием стоимости имущества писали вы, истец?
Саранкина с вызовом вздернула подбородок.
— Да, писала! Потому что имущество денег стоит!
— Тогда объясните мне, почему приложение и акты написаны одним почерком. Кто писал акты? — Лена развернула бумаги лицевой стороной к Саранкиной.
Та вдруг заерзала и пошла на попятную.
— Не помню я, кто их там писал…
— Понятно. — Лена положила документы. Сомнений у нее не осталось.
Но есть правила, которые надо соблюдать, даже если ты поймал мошенника с поличным.
— Анна! Ответчик Игнатова! Вы подтверждаете слова свидетеля — вашей прабабушки? — Кузнецова подалась вперед, словно пытаясь помочь этой затравленной девушке найти нужные слова.
— Да, я все подтверждаю, — не поднимая глаз от пола, тихо сказала Анна. — Я не заливала ее. Она мне сразу сказала, как я из детдома домой вернулась… что не отстанет от меня, пока… пока… к отцу не отправит.
