В далеком уголке мира начинается история о доверчивой женщине и ее соседке из-за забытого капитремонта в старом доме. Идея книги "Кредит доверчивости" - это таинственный мир, где обычные события могут перерасти в непреодолимое замешательство и опасность.
— Ты Свете сказала?
— Нет уж, это удовольствие я оставлю тебе…
Виктор кое-как оделся, отыскал в кармане мобильник и позвонил теще.
— Свет, у нас потрясающая новость!
— Двойня, что ли? — засмеялась на том конце теща.
— А ты откуда знаешь?
— Вообще-то я пошутила…
— А я нет! Колька и Мишка!
— С Мишкой согласна, а вот насчет Кольки поговорим…
Жить в новой квартире оказалось чудесно и весело, но очень уж хлопотно. Постоянно приходилось прибивать какие-то полки, собирать новую мебель, устранять недоделки строителей, без конца вызывая сантехников, с которых нельзя было глаз спускать, иначе они норовили схалтурить.
Виктор не высыпался. Он ходил словно пьяный — от счастья и от усталости.
А еще Лика принесла как-то щенка.
— Это теперь всем будущим мамам выдают? — поинтересовался Виктор, потому что, кроме поликлиники, Лика никуда не ходила.
— Вить, он у нас во дворе плакал. Смотри, грязный и худой какой, наверное, бездомный.
Лика налила щенку молоко в миску, положила несколько котлет на газетку. Тот слизнул все это великолепие со скоростью мощного пылесоса.
— Да-а… — протянул Виктор. — Дармоед еще тот.
— Дармоед! — захлопала в ладоши Лика. — Все, раз у него есть имя, значит, он наш.
— Хромой дармоед, — уточнил Виктор, заметив, что щенок сильно хромает.
Пришлось мотаться по магазинам, покупать Дармоеду целый собачий арсенал — таблетки от глистов, шампуни от блох, бальзамы для шелковистости шерсти, расчески, поводок, шлейку, когтерезку, миски, коврик, полотенца, корм для ослабленных щенков, витамины, игрушки…
Пришлось сделать Дармоеду прививки и еще операцию, за которую Виктор выложил сумму ежемесячного ипотечного взноса — у пса оказался «врожденный вывих тазобедренного сустава с большим образованием фибрина и повреждением тканей».
"Наряду с непрекращающимися хлопотами по хозяйству приходилось гулять Дармоеда три раза в день, что не мешало ему от восторга, испуга и других эмоций, которые он испытывал по сто раз на дню, делать лужи в самых неподходящих местах — перед входом в ванную, например.
Екатерина Викторовна звала щенка «дада» и отказывалась есть и спать, пока не погладит «даду».
— С такими темпами нам нужен будет сервиз на двадцать четыре персоны, — ворчал Виктор, вытирая очередную лужу…
Роды начались на две недели раньше.
— Только не падай в обморок, — разбудила его в три часа ночи Лика.
