Ростовский бросил на Савелия быстрый удивленный взгляд: ого, оказывается, у его приятеля есть секреты, которые можно продать за такие деньги!
— А ты не так прост, как кажешься, — одобрительно сказал Шлезингер, уже совсем по-другому взглянув, на Савелия, как же он опростоволосился: этот парень, оказывается, даже и не думал сдаваться. — Конечно, о сумме, которую ты назвал, и говорить-то смешно. — Ему все еще казалось, что он сможет без особого труда усмирить этого наглого незнакомца. — Но саму цену, реальную, не взятую с потолка, я думаю, обсудить можно. Сейчас, минутку… — Шлезингер набрал на телефоне номер и сказал в трубку: — Семен Макарович, тут этот ко мне пришел… ну, с документами который — Мануйлов… Да, сам пришел, с друзьями… Нет, совсем наоборот: хочет продать документы… Да… Сколько мы можем за них заплатить?
Шлезингер с минуту слушал невидимого Семена Макаровича, затем положил трубку и объявил:
— Ну вот и договорились! — Он радостно потер ладонями. — Значит, так, двадцать тысяч баксов сейчас и пятьдесят, когда принесешь документы. И считай, что тебе повезло, парень: мы бы и без денег все с тебя сами получили.
Тут уж Савелий не выдержал.
— Хрен вы их получите! — выдохнул он, показав Шлезингеру жест, который во всех странах понятен и без слов. — Что-то твой Скворцов дешево оценил себя и своих подельников. Нет, так мы не договоримся… Пошли отсюда, ребята! — Савелий сделал вид, что уходит.
— Стоять! — закричал Шлезингер, делая знак своим людям, чтобы они задержали незваных гостей."
"Для Савелия и его друзей эта команда послужила сигналом к началу активных действий: Бешеный, больше не скрывая злости, коротко развернулся и заехал ближайшему к нему охраннику пяткой в челюсть. От удара тот отлетел на бегущего к Савелию своего коллегу. Они кубарем полетели на покрытый ковролином пол, но тут же вскочили, и напрасно, так как их встретил двумя ударами Гапур. Несмотря на свой небольшой рост, он резкими и четкими ударами ребром ладони в шею, под подбородком, вырубил их, и, по всей вероятности, надолго.
В свою очередь Ростовский уже вломил пару смачных ударов кулаком в здоровую рожу охранника, стоящего возле него. Оставшиеся на ногах двое громил из «Гаранта» приняли боевые стойки, прикрывая своего шефа, и попытались вытащить пистолеты. Но Ростовский оказался проворнее: отбросив от себя охранника, он выхватил из-за пояса «беретту» и направил ствол на Шлезингера. Гапур тоже взял под прицел одного из стоящих возле него телохранителей. На второго телохранителя Савелий навел свой «стечкин».
— Скажи своим «быкам», чтобы остыли и побросали на пол свои «пукалки», — приказал Андрей, обращаясь к Шлезингеру.
Те переглянулись между собой и вопросительно взглянули на своего шефа.