Не внушал особого доверия Аркадию Сергеевичу и его будущий помощник из ГУМа…
И на этот раз интуиция не «подвела бывшего чекиста: даже Тим Рот не был поставлен в известность, что Михаилу Гельдфельду, после того как Рассказов включит таймер, приказано убрать его, вколов некий яд, рассасывающийся в течение нескольких минут, а вскрытие покажет, что человек скончался от обычного сердечного приступа…
Михаил Гельдфельд попал в поле зрения Тайного Ордена еще на пятом курсе Первого медицинского института, когда он с блеском защитил диплом на тему «Воздействие синтетических ядов на живые организмы».
После блестящей защиты диплома ему предложили место в Институте экологии и эволюции имени Северцева, и многие прочили ему большое будущее в науке.
Однако все рухнуло в одночасье: при странных обстоятельствах скончался его научный руководитель профессор Золотарев, вполне здоровый мужчина сорока шести лет.
Естественно, в число первых подозреваемых попал и Михаил Гельдфельд, у которого за несколько дней до неожиданной смерти профессора была с ним бурная ссора: тот категорически возражал против тесных отношений нового аспиранта со своей дочерью, с которой у Михаила в те дни начинался роман.
Для Тельдфельда ситуация осложнялась еще и тем, что во время внезапного сердечного приступа его научного руководителя в аудитории они были вдвоем, и профессор скончался скоропостижно буквально у Михаила на руках.
Вскрытие не ответило на вопросы дотошных следователей, и дело было закрыто ввиду отсутствия состава преступления.
Тем не менее руководство института «от греха подальше» предложило ему уйти из аспирантуры по «семейным обстоятельствам», что ему, втайне радовавшемуся, что все для него закончилось благополучно, и пришлось сделать.
Никто не знал, что выяснение отношений учителя и ученика в тот последний для профессора день зашло настолько далеко, что Золотарев пообещал со скандалом выгнать Гельдфельда из аспирантуры. Нервы Михаила не выдержали, и однажды, воспользовавшись болезненным состоянием профессора, он сделал ему инъекцию смертельного яда…
Однако, несмотря на то что Гельдфельд убил человека, никаких угрызений совести он не испытывал.
Более того, самовлюбленный и самоуверенный Михаил затаил, злость на всех окружающих. Трудно сказать, как сложилась бы дальнейшая судьба этого талантливого, но обозленного человека, если бы его не пригрел Советник Великого Магистрата Ордена масонов.
