В семье князей Урусовых воспитывается прелестная, образованная Груша, живущая как дворянка. Её любят как дочь, но скрывают правду: она крепостная. Эта тайна станет причиной трагических испытаний и любви, которые перевернут её жизнь.
В следующий момент Груша почувствовала, как сильные теплые руки обвили ее стан и прижали ее спиной к твердой груди.
— Я так испугался за тебя, малышка, — глухо прошептал князь, уткнувшись лицом в ее волосы. — Ты хоть представляешь, что могло случиться, если бы исправник не задержал тебя?
Груша молчала и лишь послушно терпела его жадные объятия, еле сдерживая себя, чтобы не заплакать от безысходности и отчаяния.
— Без документов, без денег, с твоей красотой ты могла бы попасть в какую-нибудь ужасную историю!
Груша подумала, что она уже давно попала в гнусную историю, из которой никак не могла найти выход.
— Зачем ты сбежала? — спросил тихо Урусов и его правая рука начала ласково гладить грудь девушки.
— Вы знаете отчего… — ответила глухо Груша."
"— Ты должна понять — ты принадлежишь мне, — объяснил он наставительно и ласково, как неумному ребенку. — Еще раз повторяю — вольную ты не получишь. И тебе лучше смириться со своей участью.
Константин начал уже более настойчиво тискать ее грудь, а горячие твердые губы впились в белую шею девушки. Сквозь слезы рассматривая желто-голубой полосатый диванчик с белыми изогнутыми ножками, девушка прошептала:
— Прошу вас, можно мне хотя бы помыться?
Груша хотела хоть на миг отсрочить его домогательства и искала любой повод, чтобы побыть одной.
— Конечно, иди, — согласился Урусов, тяжело вздохнув, и выпустил девушку из своих объятий.
Груша бегом направилась в ванную комнату и трясущимися руками закрыла за собой дверь. Когда спустя час она вышла в розовом пеньюаре и с влажными волосами, то сразу же наткнулась на Константина, который стоял у двери. У Груши сложилось впечатление, что он подслушивал, как она мылась. Он быстро подхватил ее на руки и перенес на постель.
— Нам обоим нужно немого поспать, малышка, — заявил Урусов повелительно. Опустив девушку на кровать, он улегся рядом, прижав Грушу к себе. Закрыв глаза, Константин спокойно задышал. Груша чувствовала некий дискомфорт от его руки, которая властно обвивала талию и держала ее. Но она решила не возмущаться, ибо боялась, что он вновь рассердится. Через десять минут она забылась беспокойным сном.
Открыв глаза, Груша увидела, что в комнату проникают последние лучи заходящего солнца. Она попыталась осторожно высвободиться из объятий князя, но ее попытки привели только к тому, что Урусов проснулся. Его руки без промедления проникли под ее легкий пеньюар и начали ласкать бедра.
