Старший лейтенант корчился от холода, его сердце колотилось так громко, словно оно знало об этой встрече и ждал шока. Воцарилась тишина; даже дежурный бессильем умирал на пороге своей кабинета, а Корнев медленно приходил в себя после того, как услышал строгое приказание - бросить курить....
Настя смутилась, виновато спросила:
- У вас наверное муж погиб?
Женщина поморщилось, вытерла рот и убрала кулёк с семечками:
- Вот ещё. Не погиб у меня муж. - женщина замялась, не было у меня мужа. Никогда не было. Был вот жених, да весь вышел. В 41м забрали и через месяц уже похоронку принесли. Всю войну одна до одна. В 42м, когда немцы пришли, начал меня один обхаживать. Ну думаю, наконец-то свезло, а он гад, с фрицами связался. В полицаи подался, - женщина с опаской огляделось, - не хотела я с таким быть, но сама понимаешь, что тогда творилось.
- Так а этот от кого же? -спросила Настя, указав на младенца."
"- От кого, от кого? От заезжего молодца, приезжал тут к нам в деревню один, снабженец из райцентра, заготовкой и мясом занимался для города. Вот от него и нагуляла. А может и не от него. Еще был у меня один, да чего уж говорить, не один и не два. Когда узнала, что беременна, во второй раз от детей избавляться не решилась, да уж и поздно было.
- А может ты и права, был бы мужик, пусть даже одноногий, как его Тимоха, так и двух бы родила, и трех, лишь бы был.
Насте почему-то вдруг стало жалко женщину. Почему же она так думает? Разве можно такое говорить, что значит лишь бы был? Нельзя так себя недооценивать, и желать нужно лишь самого лучшего.
Город Псков, средняя школа номер 9, 1937 год. В школе Лешка Вишняков не был комсомольцем активистом и передовиком соцсоревнования.
