Автор
Когда мать разлучилась со своим мужем, семилетний Саня тихонько устроился на кухне, чтобы не мешать их беседе. Долгое время ни слова не шелохнуло звучавшие за дверью взрослые голоса. Но однажды мальчик был поражен: услышал тихую ссору между матерью и отцем. Романовские "Крестовский треугольник" — тема, поднимающаяся в грохоте семейных скандалов, слезах и молчаливых ночах....
— Он ни в чем не виноват! Санька все придумал! Ничего не было! Вы понимаете? Ничего! — прямо с порога начал Крестовский.
— И вам здравствуйте, Роман Олегович! — следователь был невозмутим. — Давайте оставим эмоции и спокойно поговорим.
Санька топтался возле отца, уткнувшись взглядом в носки собственных ботинок."
"— Итак, мальчик прошел освидетельствование?
— Да, мы были, но это уже неважно! Саня мне признался, что все придумал, чтобы поссорить нас с Андреем! – Роман тяжело дышал, слова и мысли путались.
— Хорошо.
— Да, придумал.
— А вы знаете об ответственности за дачу ложных показаний? Кажется, я вам уже об этом говорил в день, когда было совершено преступление.
— Никакого преступления не было!
— Ну как же! Вы вызвали милицию. Заявили, что застали мальчика голым в компании вашего друга. По-моему, это веское основание полагать, что было совершено преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего, не так ли, Роман Олегович?
— Да нет же! Это просто недоразумение! – Роман с надеждой посмотрел в холодные серые глаза.
— Могу я поговорить об этом с Сашей? – спросил Золотарёв. Роман кивнул. – Саша, расскажи мне, что произошло вчера?
— Я дождался, когда папкина машина заедет во двор, а потом подошел к Андрею и снял штаны… — боясь взглянуть на следователя, Санька еще ниже опустил голову.
— Вот видите? Что нужно сделать, чтобы Андрея выпустили? Заявление забрать?
— Хм, — хмыкнул Евгений Петрович. — Забрать заявление нельзя.
— Как нельзя? – опешил Роман.
— Вересов же не палку колбасы в магазине украл. Это преступление против личности.
Романа охватил ужас. Во рту пересохло. Кое-как ворочая вмиг прилипшим к нёбу языком, он растеряно спросил:
— Что же тогда делать?
— А ничего, — Золотарёв откинулся на спинку стула и, положив на нее локоть правой руки, брезгливо разглядывал поникшую фигуру. — Дело будет расследовано, затем передано в суд. Там окончательно решат, виновен Вересов или нет.
— Но как же так!.. — Роман вскочил с места и, нависая над столом, гневно сверкнул на следователя глазами. – Вы должны прекратить дело!
— Нет! – лицо следователя перекосило от злобы. – Я не могу прекратить это дело! У меня есть ваши показания, и я доведу его до суда! Чего бы мне это ни стоило!
— Но почему, черт возьми?!
— Потому что я не верю ни единому вашему слову!
— Но ведь Саня… — Роман в растерянности плюхнулся на стул.
