Автор
Когда мать разлучилась со своим мужем, семилетний Саня тихонько устроился на кухне, чтобы не мешать их беседе. Долгое время ни слова не шелохнуло звучавшие за дверью взрослые голоса. Но однажды мальчик был поражен: услышал тихую ссору между матерью и отцем. Романовские "Крестовский треугольник" — тема, поднимающаяся в грохоте семейных скандалов, слезах и молчаливых ночах....
Похоже, настало время воспользоваться Лёвкиным «я перед тобой в долгу».
— Вот что. Есть у меня один знакомый, думаю, он сможет кое-что разъяснить нам по этому делу.
Сергей Петрович достал из кармана куртки сотовый телефон:
— Алло, Лев! — Никитин был крайне сосредоточен. — Слушай, тут такая ситуация. Помнишь, я давеча тебе про мальчишку рассказывал… Так вот, все твои «расслабься и забей» не прокатили. Все очень серьезно… тут долго рассказывать… может, подъедешь? Нет, это до завтра не ждет… Сейчас скажу адрес…
Сергей Петрович повернулся к Роману:
— Адрес какой?
Роман продиктовал адрес.
— Все, Лев, я тебя жду.
***
Спустя час Петров уже сидел за столом:
— Ну, выкладывайте, что тут у вас случилось?
— Лев, ситуация следующая. Сегодня ко мне приходил следователь из вашего комитета. И сказал, что Роман застал своего сына со своим… скажем, близким другом…
— Интересное начало, я бы сказал интригующее…"
"— Может, виски? – встрял Роман.
— Нет. Спасибо, – коротко отозвался Лев.
— Чтобы ты до конца понимал, мы с тобой об этом разговаривали при последней встрече.
Петров часто заморгал глазами. До него начало доходить, что хозяин дома — тот самый гей, о котором они с Никитиным еще недавно беседовали в баре.
— Угу… — помедлив, Лев кивнул, показывая тем самым, что понимает намек товарища.
Почувствовав неловкость в разговоре, Роман решил взять инициативу на себя.
— Извините, Сергей Петрович. Давайте я все сам расскажу.
Лев быстро перевел взгляд на виновника внезапной встречи школьных приятелей.
— Лев, дело в том, что я… я… — сделать каминг-аут в спокойном состоянии было куда сложнее, чем под воздействием сильных эмоций. Но сейчас не до собственных страхов, Петров его последняя слабая надежда. — Я гей и у меня есть друг, с которым мы давно живем вместе. Так вот… Два дня назад, когда я вернулся домой, то увидел обнаженного сына в компании своего друга. Первое, что пришло мне в голову — это то, что за моей спиной творится что-то ужасное.
— Ну и письмецо… от родителей… попечительский совет, скорее всего, уже направил в органы опеки… Представь, что сейчас будет! – добавил Сергей Петрович, развалившийся на стуле рядом.
