Автор
Сверкающий мрак ночи и яркое пламя огня составляют фон для ночной трагедии: Ева, муж Евы, и Маша, жена его сына Ярика, объясняют в суде, как исчезли их семьи. Взоры молодых людей пронзительно встретились в последний раз - Кричи громче! — вырывается из глубины сердца каждого из них, перед тем как все затихло навеки....
Это же Ярик… Он – мой самый близкий друг. Никого ближе нет. Даже там, на воле, братьев и сестер не числится. Никиту в расчет не беру. Он на шесть лет старше нас. У него, как правило, совсем другие интересы находились. Не мы. Я же во всем всегда рассчитывала на Яра. Знала, что он в самую худшую минуту придет на помощь. И развеселит, и утешит, и защитит… Просто будет рядом.
Папе все не расскажешь. А Ярику – можно. Ему и с ним – очень многое позволено.
Как сейчас, блин…
Град в одних трусах вошел в чат.
– Э-э-э…
Ну, у него и тело, черт возьми… Мышцы объемные и выпуклые, отчетливо сепарируются.
"Мотаю головой и отворачиваюсь, когда Яр заканчивает промокать полотенцем затылок.
– Вода горячая?
– Регулируется, если что, – не разбирая посыла, в удивлении брови вздергивает.
– У-у, хорошо. Чем будем сегодня заниматься? – спрашиваю, соскальзывая с кровати.
Градский в этот момент поворачивается к шкафу, а мой взгляд сам собой соскальзывает на его крепкую задницу.
Ходит тут!
Отворачиваясь, скрещиваю на груди руки.
– Можешь, пожалуйста, впредь одеваться в ванной? – пыхчу и негодую. – Все-таки ты тут не один живешь.
– Я что, голый вышел? – отбивает снисходительно-раздраженно.
– Нет… Но… – не могу же сказать ему, что через трусы все очертания рассмотрела.
– А могла бы, – придурковато усмехается Яр. – В одних трусах. Готов заценить твои сиськи. Кажется, они снова подросли.
Я отчаянно краснею. Помимо гнева, наполняюсь волнением неясной природы.
Ух, этот бункер сведет меня с ума!
– Ты нормальный вообще?
– Нет, – и дальше лыбится.
Хвала Богу, уже практически одет.
– Ты напился, что ли?
– С чего ты взяла?
– Пошлишь.
– Ты же в курсе, мне не нужно напиваться, чтобы хотеть увидеть тебя голой.
– А ты в курсе, что это никогда не случится? – заявляю крайне взвинченным тоном.
Градский пожимает плечами и ложится на кровать. Я тут же к нему под бок мощусь.
– Никогда не случится? Чего тогда постоянно ко мне ломишься? – заводится. – Сейчас день. Дай продохнуть!
– Ну и отдыхай, – обратно на ноги вскакиваю.
