Автор
Сверкающий мрак ночи и яркое пламя огня составляют фон для ночной трагедии: Ева, муж Евы, и Маша, жена его сына Ярика, объясняют в суде, как исчезли их семьи. Взоры молодых людей пронзительно встретились в последний раз - Кричи громче! — вырывается из глубины сердца каждого из них, перед тем как все затихло навеки....
И трогать…
– Знаешь, по чему скучаю я? Больше всего… Ну, не считая родителей, конечно, – хмыкнув как-то слишком легкомысленно, располовинивает омлет на две тарелки.
Я хорошо помню истерику, которая с ней случилась ночью. Суток не прошло. Обычному человеку неподвластно так быстро перестраивать эмоции. Это ненормально. Но Машка перестраивает. Она свернула все еще тогда… Странным путем, безусловно. Неожиданным. Ввязавшись в какую-то непонятную игру, как обычно, и меня за собой потянула. А я как баран плетусь, конечно… Учитывая все, что между нами было до бункера, когда провоцировал ее, пошлил и периодически безбожно лапал… Если сравнить ее реакции тогда и то, что она провернула по доброй воле ночью, даже при учете моего давления, ни в какие ворота не пролазит.
Она пытается справляться. Она справляется? Не могу понять.
Перегоревшие нервы, ее слезы, моя кровь – ничего из этого не мешало нам сходить с ума дальше. Нет, именно это тому способствовало."
"– Яр? Ты меня слушаешь? – со стуком ставит на стол тарелки.
– Зачёт, – сухо одобряю, даже не вдумываясь в смысл сказанного.
Остаток завтрака проходит на той же волне.
Машка безостановочно тарабанит о всякой ерунде, не давая тишине зависнуть больше, чем на пару секунд, в которые она совершает резкие глотки воздуха.
Пока убираем, дискомфорт особенно заметен. Мы боимся друг друга коснуться, будто от любого незначительного контакта произойдет новая вспышка возгорания. Сука, да я уверен, что так и будет. На воздух взлетим! Но Титова продолжает ломать концерт, а я, как обычно, не хочу ее расстраивать.
– Ну, чем займемся? – напевает она в «кинозале».
Я уже связь с космосом потерял, а надо что-то придумывать.
– Ложись на пол, святоша, – командую первое, что в голову приходит.
– Зачем это?
– Я говорю, ты делаешь, – высекаю тем самым тоном, которым обычно запугиваю Титову.
– Ладно… Так нормально?
Укладывается между столом и диваном. Нервно сминает пальцами низ подскочившей футболки.
– Лицом вниз.
