Кот, всего лишь марионетка, которой управляет человек более значимый, более могущественный.
— Сонька вставай, уже утро, пора нам с тобой на работу! — Сказал Валентин, толкая ногой подругу. Вставай, сделай кофе, я еще даже глаз за ночь не сомкнул, а нам придется сегодня много работы сделать.
— Мой принц, я сейчас встаю! — сказала Сонька, потягиваясь. Она, зная особенности Валентина, словно гейша, она стала сползать с кровати, возбуждая его своими эротическими телодвижениями. Сонька, то выгибалась как змея, то вставала на колени, приподнимая свои ягодицы, делая это таким образом, пока Циклоп, не почувствовал как он ее хочет. С каждой минутой, все сильнее и сильнее, страсть рвала его плоть на куски. Валентин с ревом дикого вепря, набросился на свою «самку». Всем телом, он навалился на неё, ощущая тепло её упругих «булочек». Руки его обхватили её грудь, и он страстно начал дышать ей на ухо, заводя таким образом для любовного контакта. Сонька, что кошка перед котом, прогибала свою спинку, приподнимая попку, делая это до тех пор, пока заведенный Циклоп, не перехватил её за бедра. Глядя на её зад похожий на персик, он прижал её, со всей силы к себе. Легкая дрожь неописуемого удовольствия, пронзила её тело, вызывая нестерпимый зуд, всех нервных клеток. Несмотря на бессонницу, Валентин, гонимый природным инстинктом, словно шахтер, долбил пласт «угля». Он почувствовал, как Сонька застонала, и, вцепившись зубами в подушку зарычав, словно тигрица. Подобная поза, всегда вызывала у Валентина, скоротечную эякуляцию. Сеанса любви закончился для Валентина полным физическим истощением. Он упал рядом с Сонькой и застонал подчеркивая состояние блаженства. Сонька, получив удовольствие, не могла быть не благодарной. Она подала в кровать Валентину, кофе и бутерброды с сыром. Санников, словно арабский шейх, лежал на перине, опершись на подушку, и курил сигарету. Его блаженный и удовлетворенный вид, говорил о состоянии полнейшего опустошения своего организма. Легкая истома пронзила все его тело, и он с чувством благоговения, вдохнул в себя аромат бразильского кофе. В такие минуты, Валентин чувствовал себя настоящим повелителем. Эта атмосфера, словно волны океана, наполняли комнату, заставляя сердце «Винтовки», благоговейно дребезжать и лебезить перед своим господином, которого она полюбила какой-то неистовой бабьей любовью.
Ближе к полудню Кот, деловой походкой прохаживался по своей вотчине. Его нацистский вид, еще издали пугал иноземцев восточной внешности.
