Автор
Младенец-потаскушка: уродина и исключительно нежданная жертва судьбы. Внутренняя тоска, вечное безвестие — вот все что осталось от его жизни. Мать с теми же демоническими взглядами, но уже неспособные понять сложную душу своего ребенка.
За слезой Авеля уже охотятся, хотя камень не пробыл у тебя и часа. Как думаешь, кто первый решится погубить этот мир, чтобы достать силу, скрытую в нем, ангелы или дьяволы? В этом мире умрут все, ведь вы так хрупки, к тому же ваши непрожитые года дадут мощнейшую силу кристаллу. И первый, кто им воспользуется, навсегда выиграет войну, искоренив другую сторону. В конце концов, останутся либо ангелы, либо дьяволы, но никак не люди. И все это сможешь остановить только ты, но для этого нужно пожелать вступить в игру и поддержать равновесие, как это делали все твои предшественники.
Пальцами второй руки, на которой еще оставались следы крови Софи, Райнхард аккуратно убрал за ухо прядь волос девушки и продолжил уже приглушенным тоном:
— Только ты, Ева, названная в честь прародительницы, сможешь завладеть такой силой, которая сдержит потомков Авеля и Каина. Ты наследница Сифа. Это твоя судьба.
В заключение своих слов дьявол коснулся большим пальцем виска Евы, слегка потирая тот с притворной заботой. Задумавшаяся девушка, вдруг вздрогнула.
— Что ты сделал? — с ужасом спросила она, пытаясь вырваться из его хватки.
Он отпустил и спокойным холодным голосом произнес:
— Всего лишь наглядно показал тебе будущее, которое ждет этот мир, если ты не примешь свою судьбу.
Девушка поджала губы и не смогла сдержать слез. Увиденное ею было по-настоящему ужасно, но почему именно она? Ева не была из тех, кто ждет волшебства и чуда в своей жизни. Ей хватало, правда хватало тихой мирной жизни. Она всего лишь хотела привнести в нее больше веселья и радости. Теперь же на неё свалился такой груз ответственности, и наследница Сифа попросту не была уверена в том, что справится, даже если захочет.
— Мне нужно подумать. — шепотом произнесла она, обнимая себя руками, как если бы резко похолодало. — А пока ты можешь сделать что-нибудь с трупом той женщины?"
"— На этот год у меня перед тобой есть прямое обязательство, так что я буду стараться помогать тебе. В конце концов, от твоего слова перед моим отцом будет зависеть моя судьба правителя. Но будь благоразумна, Ева, и не вздумай пользоваться этим.
