Автор
Младенец-потаскушка: уродина и исключительно нежданная жертва судьбы. Внутренняя тоска, вечное безвестие — вот все что осталось от его жизни. Мать с теми же демоническими взглядами, но уже неспособные понять сложную душу своего ребенка.
— чем дольше говорила девушка, тем голос её становился увереннее.
Она чуть приподняла ютящуюся на её руках кошку, как бы демонстрируя её.
— И да, мы почти спасли эту бедняжку из-под колес машины. Я бы хотела её оставить. — взгляд её мельком коснулся Виктора, что продолжал стоять задумчивой скалой. — Если вы не против, конечно.
— Ну… — Натали глубоко вздохнула, прикладывая ладонь ко лбу. — В целом, ладно. Ты ведь не против, дорогой?
Виктор лишь едва взглянул на животное и просто молча кивнул, будто был совсем за рамками этого разговора, где-то глубоко в себе.
— Что-то случилось? — взволнованно спросила Ева, разуваясь. — Зачем к нам приходила полиция?
— Давай мы пойдем позавтракаем, и там уже всё обсудим… — заговорила Натали, но её прервал холодный, строгий голос мужа:
— Стало известно, что мою мать отравили.
— Что? — Ева вздрогнула. — Как такое возможно? Ведь ранее говорили, что бабушка умерла от той болезни, что мучила её.
— Да. — полноценно посмотрев на дочь, Виктор кивнул. — Но последнее время ей было значительно лучше, приступов давно не было.
Ева даже побледнела. Ужас и отторжение такой страшной новости раздирали её изнутри. Она прижала к себе смирно сидящую на руках кошку чуть сильнее.
— Зачем обсуждать такие вещи на пороге? — вмешалась Натали.
— Но кому это было нужно?! — воскликнула Ева, пораженная этой новостью.
— Не знаю. — задумчиво ответил Виктор. — Полиция предполагает, что это мог быть кто-то из моих конкурентов. Поэтому с этого дня стоит нанять охрану. Впрочем, ладно. Действительно, обсудим всё за столом.
С этими словами он зашагал к себе в комнату, взяв одну из привезенных сумок.
— Переоденься и спускайся, хорошо? — Натали постаралась улыбнуться дочери, хоть и вышло у неё скверно.
***
Забежав в комнату, Ева положила кошку на кровать, а сама очень быстро схватила из шкафа первое попавшееся платье.
— Ты идешь? — спросила она у Райнхарда, что вошел в спальню позже.
— Скажи, что я не голоден."
"Мерриман лишь кивнула и побежала вниз. Она оставила дверь приоткрытой, и юркая худая кошечка хотела было протиснуться следом за новой хозяйкой, но прямо у её морды дверь громко захлопнулась под рукой дьявола.
