Автор
В далекой стране Советского Союза после войны началось празднование первого Кристианских Рождественских дней. Разукрашенная ель висела в уютных коридорах магазинов, как чужеземный обычай от Петра I, то разрешали, то запрещали... В первые годы СССР новогодние украшения еще были запретлены, но Рождество наступило, и страна озарилась праздничным светом....
– Я – автор проекта, а это уже иная, более высокая градация.
«Мэтр, – уважительно обратился к Борису Андреевичу внутренний голос, – вы разрешите вас так называть?».
Бывший патологоанатом кивнул головой в знак согласия.
«Что вас заставило обратиться к теме смерти?»
Непризнанный гений удивился глупому вопросу:"
"– Начнем с того, что все иллюзия, и только смерть – реальность. Это понимали и другие великие творческие натуры. Как писал выдающийся мастер пера Афанасий Фет: «Но если жизнь – базар крикливый бога, то только смерть его бессмертный храм»…
Было видно, что доктор вошел в раж.
– Понимаешь, – вдохновенно обратился Борис к внутреннему голосу, – Смерть, она нигде и в то же время везде. Все то, что соприкасается с ее незыблемой величественностью, превращается в прах. Когда я препарировал покойников, то думал: «Вот лежит то, что было раньше человеком. Он строил грандиозные планы, возомнил себя венцом творения, хозяином судьбы. А сейчас это жалкий кусок дурно пахнущего мяса».
Снаружи донеслись какие-то звуки, заставившие мэтра приоткрыть дверь и посмотреть в коридор. Там он увидел, как Максим Фирсов обнимает лилипутку.
«Спелись, голубчики, – подумал он с неприязнью. – И эта, от горшка два вершка, недотрогу все из себя корчила… Ладно, завтра настанет момент истины.
Покачиваясь, бывший патологоанатом добрел до дивана, лег и моментально уснул.
Деревня Чертовка, «Алексеевский хутор»,Воронежская область,31 декабря 2008 г.
