Добрая фея дарует маленькому уродцу волшебные волоски, благодаря которым все блестящие поступки и слова приписываются ему, а его собственные пороки — окружающим. Благодаря чудесному дару Цахес делает поразительную карьеру, но волшебство рано или поздно развеивается.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Крошка Цахес, по прозванию Циннобер»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Добрая фея дарует маленькому уродцу волшебные волоски, благодаря которым все блестящие поступки и слова приписываются ему, а его собственные пороки — окружающим. Благодаря чудесному дару Цахес делает поразительную карьеру, но волшебство рано или поздно развеивается.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Добрая фея дарует маленькому уродцу волшебные волоски, благодаря которым все блестящие поступки и слова приписываются ему, а его собственные пороки — окружающим. Благодаря чудесному дару Цахес делает поразительную карьеру, но волшебство рано или поздно развеивается.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Циннобер распахнул окно, засверкал на толпу гневными очами, закричал, забушевал, стал от ярости выделывать диковинные прыжки, грозил стражей, полицией, тюрьмой и крепостью.
Но, чем больше бушевали и гневались их превосходительство, тем неистовей становились смех и суматоха. В злополучного министра принялись бросать камнями, плодами, овощами – всем, что подвертывалось под руку. Ему пришлось скрыться.
– Боже праведный! – вскричал камердинер в ужасе. – Да ведь это мерзкое чудище выглянуло из окна их превосходительства. Что б это значило? Как попал этот маленький ведьменыш в покои? – С этими словами он кинулся наверх, но спальня министра была по-прежнему на запоре. Он отважился тихонько постучать – никакого ответа!"
"Меж тем, бог весть каким образом, в народе разнеслась глухая молва, что это уморительное чудовище, стоявшее у окна, и впрямь крошка Цахес, принявший гордое имя «Циннобер» и возвеличившийся всяческим бесчестным обманом и ложью. Все громче и громче раздавались голоса: «Долой эту маленькую бестию! Долой! Выколотить его из министерского камзола! Засадить его в клетку! Показывать его за деньги на ярмарках! Оклеить его сусальным золотом да подарить детям вместо игрушки. Наверх! Наверх!» И народ стал ломиться в дом.
Камердинер в отчаянии ломал руки.
– Возмущение! Мятеж! Ваше превосходительство! Отворите! Спасайтесь! – кричал он, но ответа не было; слышался только тихий стон.
Двери были выломаны, народ с диким хохотом затопал по лестницам.
– Ну, пора, – сказал камердинер и, разбежавшись, изо всех сил налетел на дверь кабинета, так что она со звоном и треском соскочила с петель. Их превосходительства – Циннобера – нигде не было видно!
– Ваше превосходительство! Милостивейшее превосходительство! Неужто вы не слышите возмущения? Ваше превосходительство! Милостивейшее превосходительство! Да куда же вы… господи, прости мое прегрешение, да где же это вы изволите находиться?
Так кричал камердинер, бегая по комнатам в совершенном отчаянии. Но ответа не было; только мраморные стены отзывались насмешливым эхом. Казалось, Циннобер исчез без следа, без единого звука. На улице поутихло. Камердинер заслышал звучный женский голос, обращавшийся к народу, и, глянув в окно, увидел, что люди мало-помалу расходятся, перешептываясь и подозрительно посматривая на окна.
– Возмущение, кажется, прошло, – сказал камердинер. – Ну, теперь их милостивое превосходительство, наверное, выйдут из своего убежища.
Он опять прошел в опочивальню в надежде, что в конце концов министр объявится там.
