Автор
Мишка быстро принес воды к столу для лечения раненого Руслана. После нескольких глотков водички и откашливания, взгляд Шатунова стал мрачным и безжалостным — как камень на льду реки в зимнюю пору. В комнате царила тихая атмосфера смерти и неизбежности: холодный воздух сквозил просторной комнатой, словно облака над горизонтом заливают его серебряным светом.
– Я один узнал. Он мой младший сын убил. Совсем мальчик. Просто так убил. Мимо ехал и сабля ударил.
Горячась, Рубен то и дело переходил на армянский язык, путаясь в словах и размахивая руками.
– Я тогда стрелять не мог. Ранетый был, – охотник задрал рубаху, показывая собравшимся длинный рубленый шрам на ребрах.
– Я понял, – кивнул Шатун. – Мы их как-то обойти можем? Чтобы впереди оказаться?
– Можно, – чуть подумав, быстро кивнул охотник. – Есть один тропка.
– Кони пройдут?
– Да. Тихо-тихо надо. Но пройдут.
– Как же мы их опередим, ежели тихо? – не понял Роман.
– Они длинный дорога идут, – снова начал горячиться охотник. – А мы короткий тропка пойдем. Я знаю дорога. Князь, дай хороший ружье. Я тот осман сам стрелять хочу, – вдруг взмолился он.
– Застрелишь, – едва заметно усмехнувшись, пообещал Руслан. – Всем в ружье! Седлать коней! Через десять минут уходим. Роман! Оставь с кашеварами трех человек, пусть лагерь свернут и в Эривань едут. Мишка, ты с ними.
– Да как же это, княже?! – чуть не взвыл казачок.
– Миша, мы наметом вдогон пойдем, а ты после такой скачки не воин, – тихо вздохнул Руслан, жестом подозвав денщика поближе. – А как стрелок ты тут в самый раз будешь. В этом деле с тобой даже ветераны не сравнятся.
– Прости, княже, – сообразив, что он прав, повинился казачок.
– Бог простит, – усмехнулся Руслан.
Сдернув с головы папаху, денщик поклонился и опрометью кинулся седлать Беса. Спустя семь минут весь десяток был в седлах. Прихватив мины и запас патронов, отряд помчался следом за проводником. К удивлению казаков, кобылка охотника выдержала и эту скачку, хотя еще четверти часа не прошло, как она проскакала галопом целый час. Рубен уверенно вел десяток одному ему известными стежками, выводя казаков на перехват противника.
В одном месте тропа и вправду превратилась во что-то едва напоминающее место, где можно пройти. Это была даже не тропа, а козья тропка. Узенький карниз над краем расселины. Спустя полтора часа они выехали на дорогу, и Рубен, спрыгнув с лошади, опустился на колени, тщательно изучая дорожную пыль.
– Успели, князь. Не ехали они еще."
"– Ну и хорошо, что не ехали, – хмыкнул Руслан, быстро осматриваясь. – Рома, бери пять человек и вон за тот валун. Пропустишь их и в спину зайдешь. Остальным рассредоточиться. Коней уведите подальше, – принялся командовать он, соскакивая на землю. – Рубен, рядом со мной будь. Я скажу, когда тебе стрелять. Понял?
– Все сделаю, князь, – истово кивнул охотник, бросаясь к своей кобылке.
