Автор
В черную дымку погружается сознание девушки. Грохот в ушах смешивается с потоком мрачных образов — будто она летит по неизвестному пути без опоры, не понимая, где находится или как реагировать на эти ощущения. Эта чувствительная неземность напоминает детские моменты невесомости в качелях, когда кажется, что всё вокруг рушится....
– Ну что ты паникуешь? Аэропорт будет оцеплен, твою Полянскую ребята сразу возьмут в кольцо. Ты же сам понимаешь, если мы его к ней не подпустим, он уйдет. А если он уйдет, твою зазнобу придется посадить в бункер на неопределенное время. Он будет охотиться за ней, пока не пристрелит.
– Но ведь одна секунда – и все может кончиться…
– Слушай, сколько раз твоя Полянская могла умереть? Ведь обходилось как-то. И на этот раз обойдется. Вычислим мы Вейса. Успеем. Она под счастливой звездой родилась.
– Прекрати! Сглазишь! – почти крикнул Кротов и трижды с силой стукнул по деревянной столешнице.
– Сколько тебя знаю, никогда таким взвинченным не видел, – заметил Казаков. – Возьми себя в руки. Последний рывок остался.
Вейс вошел в здание аэропорта Шереметьево-2 через пятнадцать минут после того, как объявили, что самолет приземлился. Входить раньше не стоило: чем меньше он будет мелькать среди встречающих, тем лучше.
Он заметил, что милиции очень много, больше, чем обычно, но тут же успокоил себя: узнать его в таком виде невозможно, даже если у каждого милиционера есть его фотография.
У перегородки собралась толпа встречающих. Сквозь пустые пока выходы было видно, как зал вдалеке, за пограничным контролем, наполняется только что прилетевшими нью-йоркским рейсом пассажирами. Кто-то уже подходил к витринам фри-шопа, кто-то закуривал в ожидании багажа.
Правая рука нервно сжала холодную рукоять пистолета в кармане куртки.
Первые пассажиры стали выходить из ворот, толкая перед собой тележки с багажом и растерянно оглядываясь в поисках встречающих. Толпа заколыхалась.
На несколько секунд Вейса оттеснили от щели в перегородке, сквозь которую были хорошо видны все три будки пограничного контроля. Он попытался вежливо подвинуть полную возбужденную даму, жадно припавшую к наблюдательному пункту.
– Гражданин, не толкайтесь! – громко возмутилась дама.
– Простите, – тихо произнес он и тут же отошел к соседней, освободившейся щели.
Полянскую он увидел сразу – в одной из будок между зеркалами. Сердце заколотилось, будто сошло с ума. Сейчас пограничник отдаст ей паспорт и она пойдет к выходу. Вещей у нее наверняка мало, багажа ждать не будет, на таможне не задержится, пройдет через «зеленый коридор».
