Автор
Валентина Пикуля исторические миниатюры являются уникальным литературным явлением — насыщенными сюжетами историческими романами, сжатыми до минимального объема. В сборнике представлены увлекательные рассказы о ключевых моментах русской истории, героях и драматических событиях, раскрывающих...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Кровь, слезы и лавры. Исторические миниатюры»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Валентина Пикуля исторические миниатюры являются уникальным литературным явлением — насыщенными сюжетами историческими романами, сжатыми до минимального объема. В сборнике представлены увлекательные рассказы о ключевых моментах русской истории, героях и драматических событиях, раскрывающих...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Валентина Пикуля исторические миниатюры являются уникальным литературным явлением — насыщенными сюжетами историческими романами, сжатыми до минимального объема. В сборнике представлены увлекательные рассказы о ключевых моментах русской истории, героях и драматических событиях, раскрывающих...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Что делать? Тут казаки яицкие надоумили купца ржевского:
– Да зачем самого-то просишь? Ты проси лучше Перфильева или Творогова, они тут главные заводилы всему… А наш царь и сам-то их завсегда слушается…
На бивуаке в лесу Долгополов сказал Перфильеву:
– Уж ты будь другом, скажи его величеству, чтобы отпустил меня, а я ему цесаревича Павлика привезу…
Перфильев (правая рука Пугачева) разругал купца:
– Брось язык-то свой об “величество” мусолить! Мы и сами ведаем, что никакой он не царь, а так… пустое. Нам бы тока Россией тряхнуть, чтобы казаков Яика не обижали, вот к нему и склонились. Коли захотим, так сами царями сделаемся!
После сожжения Казани пугачевские отряды были разбиты правительственными войсками генерала Михельсона и отступили в панике, народ разбегался – кто куда. Но даже сейчас Пугачев глаз не сводил с Долгополова, а когда после обеда заваливался спать под телегой, Астафий Трифонович обязан был веткою мух от него отмахивать. Слышал он, как судачат меж собою казаки:
– Долго ль нам за ним, гультяем, волочиться? Гляди, уже всех повыбили… Эдак на Яике и мужиков боле не станется!
– Сказывали люди шаталые, быдто императрица Катька тридцать тыщ посулила Яику, ежели мы шатуна нашего скрутим.
– Эва! Деньги немалые. Кто откажется?..
Против Пугачева уже вызревал зловещий заговор.
Но разговоры казаков западали в память Долгополова, и он уже сложил план дальнейших действий. После переправы через Волгу “батюшка-осударь” подобрел. Долгополов встретил его в обозе среди телег с добром, в подоле рубахи он нес куда-то кучу денег. Сев на траву, Пугачев отсчитал ровно пятьдесят рублей:
– Ну, треклятый, теперича убирайся отсель!
Долгополов чуть не расплакался от досады:
– Да мой-то овес, что я продал тебе в Ораниенбауме, чать, дороже мне обошелся. Опять же в дороге истратился…
Пугачев развернулся и в полный мах дал ему в ухо:
– Молчи, паскуда, покедова башку не снес я тебе…
Долгополов, вернувшись во Ржев, под родимый кров, начал снова собираться в дальнюю дорогу.
– Эк тебя носит-то, очумелого, – сказала жена.
– Молчи, дура! Я новую прибыль учуял.
Надел зеленый кафтан, ножницами подровнял бороду.
– А камушки мои куды подевал? – приставала жена.
– Будут тебе бриллианты с яхонтами.
– Да откеле ждать-то мне их? Нешто с тебя?
– Теперича жди от самой императрицы…
Вот и Петербург! В пятом часу утра он появился в Мраморном дворце, где проживал фаворит императрицы граф Григорий Орлов, и дежурному рейтару, который остановил его, сказал:
– Нагни голову, на ухо скажу тебе… Дело у меня до его сиятельства Орлова будет важное. Государево.
Орлов вышел в халате, еще заспанный.
