– Надо бригаду вызывать и с вахтером что-то делать.
Услышав последние слова, вахтер подскочил к оперативникам.
– Послушайте, я не сделал ничего плохого. Не надо со мной ничего делать! – воскликнул он, поочередно заглядывая в глаза то Урядову, то Дееву. – Если так надо для следствия, я расскажу все, что знаю, отвечу на все вопросы.
– Как думаешь, Деев, дадим человеку шанс исправиться? – Урядов украдкой подмигнул Дееву.
– Ну не знаю. Если бы не сумка… – Деев в сомнении качал головой. – Он ведь его выпустил, сумку не проверил.
– Мы и не должны сумки проверять, – вклинился вахтер. – У нас ведь не режимное предприятие.
– Да еще и поднести хотел помочь, – продолжал Деев, не обращая внимания на реплики вахтера, – а это уже статья.
– Какая еще статья? Всю жизнь считалось добрым делом больному человеку помочь, а теперь за это в тюрьму сажают? – взвился вахтер. – Да что же это в мире творится?
– Больному помогать и сейчас занятие почетное, – заметил Деев.
– Ну вот! А он и был больной, – обрадовался вахтер. – Я ведь поэтому и хотел с сумкой помочь. Он вышел весь всклокоченный, в странной одежде, будто он ее в костюмерной взял, лицо злое, а руки в бинтах и в крови – жуткое зрелище, вот я и решил помочь. Только он не позволил. Гаркнул: «Не лезь не в свое дело!» Я и не стал лезть. От греха подальше.
– Вы кому-нибудь об этом рассказывали? – спросил Урядов.
– Только директору, они ведь родня.
– Так сразу и пошли к директору? – не поверил Урядов.
– Не сразу, – чуть помедлив, признался вахтер. – Сначала я вообще никому не собирался об этом рассказывать. Не люблю сплетни разносить, а в большом коллективе такая новость сразу разошлась бы по всем углам.
– Но потом передумали? – догадался Урядов.
– Да, передумал. В четверг в обед я кое-что услышал и поэтому пошел к директору.
– Что именно вы услышали? – спросил Деев.
– Девчата из кадрового отдела судачили, а я услышал. Их кабинет как раз напротив комнаты отдыха, я перекусить туда пришел, дверь открытой оставил, а кадровичкам, похоже, без разницы было, услышит их кто-то или нет.
– Так что вы услышали, Андрей Степанович? – повторил вопрос Деев.
– Что Платон Евгеньевич исчез, – понизив голос, ответил вахтер.
– Платон Евгеньевич – это администратор? – уточнил Урядов.
– Да, это он, – подтвердил вахтер. – Фамилия Верховский.
– Андрей Степанович, попытайтесь передать разговор кадровичек дословно, – попросил Урядов. – Это может оказаться очень важно.
