Кровавая Луна завораживает своим мрачным светом, как и королевство Ревность — мир грехов и искупления. В этом поэтическом эпосе Норвегии Ю Несбё создает пугающую атмосферу смертельной опасности, где каждый шаг может обернуться кровавым проклятием.
— О чём вы двое сейчас говорите?
— Эдмунд Кемпер, — сказал Эуне. — Серийный убийца 1970-х годов, которому нравилось дружить с полицейскими. Что типично для некоторых серийных убийц. Они ищут копов, которые, как они предполагают, будут вести расследование совершённых ими убийств. Кемпер также подавал заявление в полицейский колледж.
— В этом заключается сходство, — сказал Харри. — Но больше всего меня беспокоит этот резкий запах. Запах мускуса. Так пахнет влажная или тёплая кожа. Хелена Рё сказала, что почувствовала этот запах на вечеринке.
— Я ничего не почувствовал, — сказал Эйстейн.
— Там пахло мускусом, — сказал Харри.
Эуне приподнял бровь.
— Ты заметил этот запах среди ароматов сотни других потеющих мужчин?
— Это чертовски специфический запах, — сказал Харри.
— Может быть, у тебя токсоплазмоз, — сказал Эйстейн с притворным беспокойством, — он тебя возбудил?
Трульс издал хрюкающий смешок.
Харри испытал внезапное болезненное дежавю. Бьёрн Хольм очень тщательно прибирался после убийства Ракель.
— Это также объяснило бы, почему мы не нашли никаких улик на местах преступлений или на телах, — сказал он. — Это был профессионал, который умело убрал за собой.
— Конечно! — сказал Трульс. — Если бы мы нашли хоть что-нибудь с его ДНК.
— У каждого, кто работает на местах убийств и с трупами, в базу данных загружен профиль его ДНК, — добавил Харри. — Таким образом, мы можем убедиться, что какой-нибудь найденный волос принадлежит криминалисту, который просто был недостаточно осторожен.
— Если это всё же Арне, — сказал Эуне, — то сегодня вечером он с Катриной. В ресторане «Фрогнерсетерен».
— Который находится практически в лесу, — добавил Эйстейн.
— Знаю, и я пытался дозвониться до неё, — сказал Харри.
Эуне пожал плечами.
— Насколько я понимаю, они с Катриной уже некоторое время встречаются. Если бы он намеревался убить её, то, вероятно, уже сделал бы это. Передумать он может только по какой-то причине.
— По какой, например?
— Настоящая опасность возникла бы, если она сделает нечто, что заставило бы его почувствовать себя униженным. Отвергла бы его, например.
