Кровавая Луна завораживает своим мрачным светом, как и королевство Ревность — мир грехов и искупления. В этом поэтическом эпосе Норвегии Ю Несбё создает пугающую атмосферу смертельной опасности, где каждый шаг может обернуться кровавым проклятием.
Харри возвышался над их головами и видел оборванный кабель сигнализации, свисающий с боковой стороны ворот позади них, и белый «Камаро», припаркованный на другой стороне Дохени Драйв. Тонированное стекло со стороны водителя было наполовину опущено, и Харри едва мог различить просачивающийся сигарный дым и воротничок белой рубашки.
— Может, зайдём внутрь? — спросил мужчина с дробовиком. Он говорил с отчётливым мексиканским акцентом, двигая шеей, будто боксёр перед матчем. Это движение растягивало скорпиона на коже.
ГЛАВА 6
Суббота
Жизнь на Марсе
— Жизнь на Марсе? — переспросил Прим.
Девушка, сидящая по другую сторону стола, посмотрела на него с непониманием.
Прим расхохотался.
— Нет, я имею в виду песню. Она называется «Жизнь на Марсе».
Он кивнул в сторону телевизора, откуда из динамика в просторную мансарду доносился голос Дэвида Боуи.
— Многим людям не нравится эта песня, они думают, что она немного странная. В эфире Би-би-си её называли чем-то средним между бродвейским мюзиклом и картиной Сальвадора Дали. Возможно, это так. Но я согласен с журналистами «Дейли Телеграф», которые назвали её лучшей песней всех времён.
Прим взял бутылку вина, стоящую на столе между ними, но вместо того, чтобы налить сидя на своём месте, он встал и подошёл к девушке.
— Ты знаешь, что Дэвид Боуи — это сценический псевдоним, что его настоящая фамилия Джонс? Меня тоже на самом деле зовут не Прим, это просто прозвище.
Он стоял прямо у неё за спиной и, наполняя её бокал, свободной рукой гладил её длинные, прекрасные волосы. Если бы это было пару лет назад, даже пару месяцев назад, он бы не осмелился прикоснуться к такой женщине, опасаясь быть отвергнутым. Теперь у него не было таких сомнений, он полностью контролировал ситуацию.
