Кровавая Луна завораживает своим мрачным светом, как и королевство Ревность — мир грехов и искупления. В этом поэтическом эпосе Норвегии Ю Несбё создает пугающую атмосферу смертельной опасности, где каждый шаг может обернуться кровавым проклятием.
— И что же?
— Мне нужно разрешение проводить расследование от кое-кого из полиции.
Крон прочистил горло.
— Ты же знаешь, в Норвегии не нужно разрешение или лицензия на проведение частных расследований?
— Да. Но я сказал, что «от кое-кого из полиции».
Харри объяснил проблему, и через некоторое время Рё кивнул и неохотно согласился. После того, как Харри и Рё пожали друг другу руки, Крон проводил Харри к выходу. Он придержал дверь, открывая её для Харри.
— Могу я задать тебе вопрос, Харри?
— Валяй.
— Почему я должен был отправлять копию нашего контракта на английском языке на адрес мексиканского почтового сервера?
— Это для моего агента.
Лицо Крона оставалось бесстрастным. Харри предположил, что как адвокат он настолько привык к тому, что ему лгут, что моргнул бы, когда его клиенты говорили правду. И что Крон также понимал, что такая очевидная ложь была практически знаком «Посторонним вход воспрещён».
— Хорошего воскресенья, Харри.
— Тебе тоже.
Харри спустился к пирсу Акер Брюгге.
— Твой дядя, кажется, сегодня в порядке, — сказала медсестра, прощаясь с Примом у открытой двери маленькой палаты.
"Прим кивнул. Посмотрел на пожилого мужчину в халате, сидящего на кровати и пристально смотрящего на выключенный экран телевизора. Когда-то он был красавцем. Очень уважаемым человеком, привыкшим к тому, что его мнение ценят как в личной жизни, так и в профессиональной. Прим подумал, что это всё ещё прослеживается в чертах его лица: в высоком гладком лбу, в глубоко посаженных ясных голубых глазах, орлином носе.
