Автор
В жестокой тюрьме Верхаза, где царит кровавый террор, герои оказываются в ловушке диктатора Иштвана. Им предстоит выжить в условиях, где смерть ждёт на каждом углу, и найти способ противостоять безжалостной власти, чтобы вырваться на свободу.
Битзи попыталась выставить средние пальцы, но отвлеклась на свои же движения и захихикала.
Пи-и-и-иск. Она мечтательно что-то пропищала и, плюхнувшись на попу, закрыла глаза.
– Дорогой, детки опять под кайфом, – пошутила я и села. Пригнувшись, я схватила шелковое покрывало с края кровати, чтобы прикрыться, но нижняя часть оказалась разрезана на полоски.
– Скажите наркотикам «нет», дети. – Уорик все еще не двигался, лежа на спине и не обращая внимания на то, кто может видеть каждый дюйм его голой кожи. Да и зачем ему прикрываться? Этот мужчина был легендой во всех отношениях.
Пи-и-иск. Битзи погрозила ему пальцем и вырубилась, откинувшись на спину.
– Отлично поговорили. – Я шлепнула Уорика.
– Я старался. – Он пожал плечами, зевнул и наконец-то открыл глаза. Снова провел по лицу ладонями и поднялся на ноги.
– Осторожно! Большой плохой волчонок вышел на охоту! – воскликнул Опи, делая вид, что прикрывает глаза, но все равно разглядывая Легенду сквозь пальцы. – Эта штука может снести небольшие деревни!
Уорик усмехнулся и, поставив руки на балдахин, наклонился ко мне.
– Душ здесь дерьмовый, но, по крайней мере, смоет все телесные жидкости. – Он подмигнул мне.
– Мерзость."
"– Я имел в виду кровь и кишки из лаборатории. – Уорик приподнял темную бровь. – О чем ты подумала, Ковач? – Он пригнулся, коснулся моего рта губами, а затем прикусил мочку уха. – Кажется, я обещал трахнуть тебя в душе.
Тепло обожгло мои щеки, скользнув вниз по телу и устремляясь между ног.
– Ага, обещал.
Уорик взял меня за руку, поднял на ноги и повел к двери. Я обернулась к своим друзьям:
– Никакого дурмана, пока нас нет. – Я указала на Опи. – Особенно ей. – И указала на Битзи, лежащую с открытым ртом и громко храпящую.
– Никаких наркотиков! – Опи отдал мне честь. – И я ни при каких обстоятельствах не стану заправлять эту кровать… и вообще убираться. Не-а. Совсем не горю желанием. Потому что она отвратительна и на ней что-то засохло, о чем я даже думать не хочу. Нет, ничего не трону.
Кровать будет застелена до того, как мы покинем эту комнату.
Уорик провел нас через дверь, ведущую в очень простую ванную с открытыми туалетами и душевыми.
То, к чему мы привыкли.
Уорик включил воду и прижал меня к стене, подставляя нас под струи холодной воды. Схватил кусок мыла и провел рукой по моему телу, натирая грудь мылом, в то время как пальцы другой руки ласкали меня между ног.
