Несущаяся снежная волна за окном накрывает засыпанный веками холм, где почва твёрдо закреплена камнем и глиной. Я уже выкапываю тридцатисантиметровую яму глубиной в полтора кинжала рядом с бородатым соседом, чувствуя древнюю силу этих гор.
«Водный мир» – с ходу определил я, увидев на экране Кевина, барахтающегося в желтой грязи. Ну прям как я! Только его через пятнадцать секунд спасет симпатичная дамочка, а меня мои пацаны успеют ли? Хрен его знает. Впрочем, не будем заранее огорчаться – посмотрим, как там оно обернется…
– Садись, – скомандовал рыжий, ставя посреди комнаты стул и указывая на него. Я уселся на стул, продолжая неподдельно дрожать от холода и цокать зубами.
– Вот, в плен хочет, – сообщил рыжий. – Сам пришел, артиллерист сорок седьмого полка.
Мужики с удивлением уставились на меня, а парень в тюбетейке после непродолжительной паузы спросил неожиданно суровым тоном:
– Почему ты решил сдаться в плен, солдат? Какие причины толкнули тебя на это?
Я затряс губами и очень натурально симулировал приступ рыданий, не забыв мельком глянуть на часы – до истечения срока подачи сигнала осталось пять с половиной минут.
– Э, козел! Отвечай, когда тебя спрашивают! – тонко вскрикнул один из бывалых мужиков и, подскочив с дивана, отвесил мне смачную оплеуху, от которой голова моя мотанулась далеко в сторону.
– Фу, грязный! – бывалый брезгливо отер руку о штаны и с отвращением уставился на меня. – Настоящая свинья!
– Оставь его! – повелительным тоном прикрикнул на бывалого парень в тюбетейке. – Не видишь, что ли, – у него шок. Пусть немного придет в себя. Что вы собираетесь с ним делать, дядя Исрапи? – обратился парень к рыжему.
– А вот сейчас позвоню твоему отцу и спрошу, – весело подмигнул парню рыжий.
– Отец не даст команду расстрелять его, – мудро заявил парень в тюбетейке. – За него можно выменять кого-нибудь из бойцов, которые попали в плен. Может, он сам будет воевать за нас – такое тоже бывает, – и велел пацану с «лентяйкой»:
– Аюб! Ну-ка, сбегай к матери, пусть чай поставит. Напоим его чаем, он согреется и все нам расскажет…"
"Пацан с готовностью покинул диван и убежал в прихожую.
Итак, все совпало. Ай да я, стратег. Вот они, двое сыновей Зелимхана – молодой мулла Шамиль и десятилетний Аюб. Зелимхан, наверно, полагает, что его старший сын повторит судьбу имама Шамиля – есть предпосылки, наверно, гордится сыном.
