Несущаяся снежная волна за окном накрывает засыпанный веками холм, где почва твёрдо закреплена камнем и глиной. Я уже выкапываю тридцатисантиметровую яму глубиной в полтора кинжала рядом с бородатым соседом, чувствуя древнюю силу этих гор.
– Света! Светочка! Солнышко мое! – Я начал трясти ее за плечо, чувствуя неподатливую одеревеневшую плоть и не решаясь спросить соседок своей жены о причинах ее теперешнего состояния. – Господи, ласточка моя, да что ж с тобой стряслось?
– Мы не стали говорить Абдулле, – тихо сказала шатенка, подходя сзади и кладя руки мне на плечи. – Он бы расстроился… Вчера вечером это произошло. Ей постоянно наркотики колют – ну вот… От передозировки, короче…
Я на секунду застыл в неподвижности, переваривая смысл сказанного шатенкой.
– Что вы сказали? – переспросил я. – Она вчера заболела? От передозировки?
– Она умерла, – несколько раздраженно поправила меня шатенка. – Вы что ж, сами не видите, что ли?
Медленно, как во сне, я приложил два пальца к артерии на шее моей жены… Я делаю так, когда хочу убедиться, что поверженный мною враг умер. Если он действительно умер, пульс не прощупывается…
Пульс не прощупывался и в данном случае. Моя жена была мертва.
ЭПИЛОГ
…Думай, Абдулла, думай… Абдулла хрипит, выворачивая голову вбок, и начинает конвульсивно дергаться. Я ослабляю нажим коленом и повторяю:
– Дверь в шахту, козлик. Дверь в шахту.
Бекаев тяжело хватает ртом воздух, засасывая мелкие частички грунта – губы его находятся в двух сантиметрах от земляного крошева.
– 5-35-16, – скороговоркой выпаливает он. – Сейф – 5-11-10… – И замолкает, не решаясь продолжать дальше.
– Формуляр в сейфе? – вежливо интересуюсь я и еще чуть-чуть ослабляю нажим коленом.
– В сейфе, в сейфе, – подтверждает допрашиваемый. – Где же ему еще быть?
– А теперь – код пульта, – вкрадчиво напоминаю я, слегка подрыхлив кинжалом грунт, который мой пленник успел изрядно утрамбовать своей бородатой репой.
– Зачем тебе это? – спрашивает Абдулла обреченно. – Возьми бабки и иди, там много!
– Я в курсе насчет бабок. А код пульта мне нужен для комплекта, – отвечаю я и вновь макаю упрямого хозяина пещеры рожей в разрыхленный грунт.
Большое сильное тело содрогается в мощных рывках. Подержав секунд тридцать, я слегка ослабляю нажим.
– 5-21-00!!! – выкрикивает Абдулла, сделав три жадных вдоха, и просит:
– Не убивай меня, англичанин! Оттащи к женщинам в хранилище, я все равно не сумею тебе помешать!
Освободив шею пленного, я подхожу к железной двери, ведущей в шахту, и набираю на замке 5-35-16. Дверь ржаво каркает и распахивается. Из проема веет затхлым, устоявшимся воздухом.
