В уездном городе Успенск в далеком 1875 году, наступает таинственный шепот времени и грустные тенденции. Купец Афиноген Порфирьевич Беловодов несёт с собой печаль века и мудрость веков. Разгадывать загадки судьбы — его жизнь, словно манит в невиданные звёзды.
Ты что хочешь — шашлык или китайскую кухню?
— И шашлык, и китайскую кухню, но оставляю выбор за тобой.
Анфиса прошла в комнату с минимумом необходимой мебели и полным отсутствием того, что называют уютом. Пожалуй, похвастаться комфортом мог лишь Понтус — обладатель шикарной собачьей подстилки и пары сверкающих мисок на сдвоенной подставке.
— Мы купим новую мебель какую захочешь, — не отрываясь от телефона, сказал Максим. — В ближайший выходной поедем и купим.
Анфиса улыбнулась:
— Мой стол был копией твоего. Тоже с двумя ящиками и поцарапанной крышкой. А ещё я приклеила к обратной стороне столешницы спичечный коробок, чтобы хранить там секретные записки. Только записок мне никто не писал.
Она подошла к столу. На закрытой крышке ноутбука лежала открытка с Августовским явлением. Анфиса столько раз рассматривала её, что помнила в мельчайших подробностях, начиная от белых одежд Богородицы и заканчивая обмотками на ногах у солдат.
От открытки мысли потянулись к Софье Германовне на Бали и деревянной церкви около городка Успенска, построенной Марфой Афиногеновной, куда Вера Беловодова принесла икону с открытки. Анфиса вдруг сообразила, что теперь она и сама уже пару часов как Беловодова.
Она запрокинула руки за голову и несколько раз покружилась по комнате. «Беловодова! Я Беловодова, жена Максима!» Взгляд снова остановился на открытке, и Анфиса потянула к себе рюкзак, где лежала открытка, подаренная Софьей Германовной.
Максим подошёл, обнял её за спину и негромко произнёс то, о чём она в эту минуту подумала:
— И всё-таки Бог есть!"
