Автор
Пятеро боевых товарищей из разных стран и армий объединены общей миссией против международного терроризма. Но по мере выполнения задания они начинают понимать, что их командиры и политические лидеры скрывают правду. Героям предстоит выбор между долгом и совестью, между приказом и...
Я слышал, стратеги с Диего-Гарсии[45] пойдут за вами и тоже изрядно прогадятся над горами…
— Меня беспокоит Трайпл-П, — озабоченно и серьезно, как он это делал всегда, сказал Роуленд, — на полосе может быть все, что угодно: гильзы, осколки от снарядов, куски бетона.
Трайпл П — это повреждение посторонними предметами, ночной кошмар пилота любого реактивного самолета. Для того, чтобы турбина начала разрушаться, достаточно бывает предмета размером с автоматную гильзу. На перегруженном, взлетающем на пределе возможного самолете эта проблема еще актуальнее.
— Парни на пылесосе должны проехать как раз перед вами. Скрестите пальцы.
Посторонние предметы с полосы убирали специальной машиной, больше похожей на пылесос. Для Баграма ее сделали с бронированной кабиной.
— Тогда приступаем.
Родсток и Роуленд двинулись вокруг самолета, каждый в своем направлении, пытаясь найти любые неполадки, признаки любой процедуры, выполненной не по инструкции, причем каждый из них проходил полный круг, таким образом, проверяя работу не только наземных техников, но и внимательность друг друга. В авиации, тем более в военной авиации, ничего не делается наобум, ничего не оставляется на усмотрение судьбы, и каждая операция проверяется как минимум один раз. Здесь же подготовку самолета к вылету проверяли трижды: сначала старший команды проверял работу своих подчиненных, потом пилоты проверяли и его работу, и друг друга.
— Все нормально, — наконец выдал вердикт Родсток.
— Нормально, — заключил и Роуленд, — спасибо.
Техники подставили две легкие алюминиевые лестницы, офицеры ВВС забрались на свои места, начали «читать библию» — то есть заполнять карту предполетных процедур самолета. Открыли ворота, к ангару подъехал тягач, низенький, уродливый, с тракторной кабиной, его подцепили к носовой стойке, и он медленно потянул груженый самолет на рулежную дорожку.
— Хреново дело… — прокомментировал Роуленд.
Изумленный Родсток — его напарник никогда почти не ругался из-за своих религиозных убеждений — осмотрелся по сторонам и увидел, о чем говорит его напарник. Солнце взошло — и над аэродромом, в перекрещенных трассах зенитных установок, в ливне снарядов то и дело вспыхивали черные, рваные клочья разрывов. Это автоматические, наводящиеся по радару зенитные установки уничтожали летящие на Баграм мины и ракеты моджахедов.
