В паутингной атмосфере кабинета, где каждая ткань на стенах и каждый шарик света дышит решимостью и мощью, секретный мир ходит в застенках. Угрюмо-доблестная аудитория избранных ждет своего часа, когда они смогут применить все свои знания и умения для достижения цели — нанести удар по определенному человеку или организации....
Не следовало идти на поводу у скверного настроения, оно способно завести в такую глубокую яму, из которой потом придется выбираться не один день.
– Я думал, что вы мне объясните, – сделал непонимающее лицо Петляков.
По губам оперативника промелькнула усмешка.
– Я бы с удовольствием объяснил вам, если бы оказался на месте преступления… как вы. Так я вас слушаю.
– Ну, если так,… – повел плечами Петляков. – Был выстрел через окно. Думаю, что стреляли с противоположного здания. Пуля попала в Аню Елизарову, она работала секретарем у генерального директора.
– Хм… Сначала, значит, пытались убрать генерального директора, а потом его секретаршу.
– Получается, что так.
– Как вы думаете, а зачем преступнику было в нее стрелять? Что она могла знать такого, что могло бы представлять для них опасность?
– Понятия не имею, вам лучше бы об этом спросить у самого преступника.
Губы старшего оперуполномоченного дрогнули в легкой улыбке.
– Разумеется, мы об этом у него спросим, но сначала нужно его поймать.
– Преступники покушались на Шевцова. Теперь им известно, что он жив, и не исключено, что они могли принять Анну за Шевцова. Расстояние большое, мешал свет, а видимость скрывали еще и жалюзи.
– Что ж, не исключено. Как долго вы здесь будете? Мне бы хотелось с вами еще немного поговорить – попозже.
Глянув на часы, Петляков сделал серьезное выражение. В общении с оперативниками важна искренность: это такой народ, кожей чувствуют любую фальшь.
– Дело в том, что мне срочно нужно уезжать. Я с удовольствием могу переговорить с вами в любое другое время.
– Хорошо, – кивнул Степанов. – Так и решим. – И, уже потеряв интерес к Петлякову, он перешел за ограждение и громко спросил у мужчины средних лет: – Какое состояние пуль? По ним можно будет что-нибудь сказать?
– Они сильно деформированы. Думаю, идентификация будет непростой.
– Смотри повнимательнее, может, еще что-нибудь отыщется.
Не оборачиваясь, Петляков затопал к лифту."
"Сбившись в небольшие группы, сотрудники вполголоса обсуждали случившееся.
– Товарищи, давайте разойдемся по местам. Нужно работать, – услышал Вадим голос Илларионова.
– Да какое тут работать после всего случившегося! – ответил кто-то из сотрудников.
Подошел лифт.
