В паутингной атмосфере кабинета, где каждая ткань на стенах и каждый шарик света дышит решимостью и мощью, секретный мир ходит в застенках. Угрюмо-доблестная аудитория избранных ждет своего часа, когда они смогут применить все свои знания и умения для достижения цели — нанести удар по определенному человеку или организации....
– Ты же знаешь, что так бизнес не делается. У меня объекты по всей Московской области, причем до чертовой матери! Пока сам не нагрянешь, никто пальцем не пошевелит.
– А еще я бы посоветовал вам отказаться от всех общественных мероприятий, – продолжал перечислять Вадим.
– Я сегодня с префектом должен открывать какую-то картинную галерею. Все-таки я там главный меценат!
– От этого придется отказаться.
– Каким образом?
– Найдете подходящую причину. Скажем, у вас поднялось давление.
– Хм, легко сказать…
– Поймите меня правильно, слишком много будет народу.
– Ладно, я подумаю… Не самая убедительная причина для отказа, нужно будет что-нибудь придумать… Не скажешь ведь префекту, что не смогу прийти, потому что меня могут завалить на этой выставке. А почему бы нам самим не взять этого Чалого за шкирку?
Петляков отрицательно покачал головой:
– Это трудно. Чалого всегда сопровождают боевики, куда бы он ни направился.
– Что ты предлагаешь? – сдался Шевцов.
– Николаева и Чалого нужно взять в плотную разработку. Неизвестно, как далеко они ушли в своих стремлениях. Я допускаю, что Николаев мог обратиться за помощью к кому-то еще.
– Ты подозреваешь кого-то конкретно? – насторожился Шевцов.
Пожав плечами, Петляков ответил:
– Пока всего лишь смутное подозрение.
– Когда у тебя будет что-то поконкретнее, тогда и поговорим. – И, выразительно глянув на часы, добавил: – А сейчас мне нужно идти. Деловая встреча, пропустить ее я не могу. Кто со мной поедет?
– Востриков, Стеблов и Шурыгин. Во второй машине будут Елисеев и Петров.
– Подходит, – кивнул Шевцов. – А ты куда-то собрался?
– Я еще потолкаюсь здесь. Может, что-нибудь выясню, – произнес Вадим, стараясь не сломаться под тяжеловатым взглядом генерального директора.
Правда была сказана наполовину. В действительности, дождавшись отъезда генерального, он хотел пригласить Анну на ужин. Пора как-то вылечивать эту сердечную рану. Вряд ли в этот вечер Шевцов вернется в офис, так что она могла уйти с работы совершенно безболезненно.
– Договорились. Проводи меня, – приказал Шевцов.
Длинный коридор преодолели молчком.
