В паутингной атмосфере кабинета, где каждая ткань на стенах и каждый шарик света дышит решимостью и мощью, секретный мир ходит в застенках. Угрюмо-доблестная аудитория избранных ждет своего часа, когда они смогут применить все свои знания и умения для достижения цели — нанести удар по определенному человеку или организации....
Остановились у самого лифта, подле которого, распрямившись во весь свой немалый рост, стоял Петров – неулыбчивый парень с короткой прической под ежик. Дождавшись, когда генеральный приблизится, он с готовностью нажал на кнопку вызова лифта.
– У меня какое-то дурное предчувствие, – произнес Семен Валентинович. – Если хочешь – ожидание худшего. Тревожно как-то. Впечатление, что враг затаился где-то рядом. Просмотри еще раз все дела сотрудников.
– Что именно вас настораживает?
Губы Шевцова сложились в трубочку, обозначив четкие морщинки на верхней губе.
– Тут такое дело… В чем-то ты был прав. Сорвались три важные сделки. Это не случайно. Я вообще не верю в случайности! Кто-то в курсе моих основных дел.
Петляков выглядел озадаченным: еще одна задача, которую следовало решать незамедлительно.
– Обязательно выясню.
В шахте на верхних этажах, звякнув тросами, остановился лифт. Двери гостеприимно раздвинулись. Шевцов шагнул в кабину.
– Держи меня в курсе.
– Как что-то прояснится, я вам сразу же позвоню, – пообещал Петляков прежде, чем двери закрылись."
"Вадим подошел к окну, дождался, когда генеральный сядет в машину, и только после этого, расслабляясь, закурил. В последнее время присутствие шефа его значительно напрягало. А его нервное возбуждение, проявлявшееся в размеренной и тягучей речи, понемногу стало проникать и в него. С некоторого времени Вадим вдруг заметил, что он стал изъясняться как генеральный: так же корректно-холодно.
Швырнув сигарету в пепельницу, Петляков затопал в приемную. Он вдруг поймал себя на том, что опасается насмешливых взглядов сотрудников, – глуповато выглядеть влюбленным юношей, перешагнувшим тридцатипятилетний рубеж.
Невольно повернулся: Петров дисциплини-рованным первогодком стоял у дверей лифта. Убедившись, что он совершенно неинтересен окружающим, Петляков вошел в приемную генерального.
Анна, позабыв обо всем на свете, оживленно обсуждала по телефону какой-то парфюм. По ее счастливому лицу можно было понять, что маленькие житейские радости для нее куда более интересны, чем многомиллионные проекты генерального директора. Заметив вошедшего Вадима, Анна чуток смутилась под его пристальным взглядом и, извинившись перед абонентом, положила трубку.
– Вы что-то хотели, Вадим Сергеевич? – живо поинтересовалась она.
