В паутингной атмосфере кабинета, где каждая ткань на стенах и каждый шарик света дышит решимостью и мощью, секретный мир ходит в застенках. Угрюмо-доблестная аудитория избранных ждет своего часа, когда они смогут применить все свои знания и умения для достижения цели — нанести удар по определенному человеку или организации....
Причем их поспешность была так велика, как будто бы они спешили на получение денег, а не на шальные пули.
Скоро выстрелы умолкли. Народ прибывал. Еще через несколько минут на этом пятачке будет не протолкнуться. Проверено долгой практикой – даже самым большим пацифистам хочется поглазеть на настоящую войну хотя бы одним глазком.
Капитан выжидательно посмотрел на Федосеева. Майору отчего-то сделалось тревожно. Выждав паузу, он произнес:
– Приступайте. И еще вот что, у меня к вам личная просьба: вы там не очень-то посуду колотите.
– Не переживайте, товарищ майор, дело знаем, – успокоил Стариков. – Не впервой!
Мини-вэн выехал из-за укрытия и, пугая милицейской сиреной случайных прохожих, подъехал к дому. Остановился у ворот. Дверца открылась, и из нее, натягивая на лица маски, вы-скочило несколько спецназовцев. Аккуратно и быстро, как и положено по воинской науке, окружили дом и по двое, сохраняя молчание, ворвались внутрь. Еще какие-то секунды в доме было тихо, потом раздалось два одиночных выстрела, и громкий голос, по которому Федосеев узнал капитана Старикова, вперемешку с бранью скомандовал:
– Всем лежать!
Федосеев отошел от дома на значительное расстояние, откуда внимательно наблюдал за происходящим.
Народу было больше, чем Федосеев ожидал. Собравшиеся живо делились предположениями.
– На дом Шевцова напали, – высказался один из мужчин лет сорока. – Я как раз мимо проходил. Слышу выстрелы, я за дерево спрятался, а сам оттуда смотрю. Вдруг автоматная очередь: та-та-та! Одна из пуль в сантиметре от меня пролетела, – поделился он пережитым страхом.
Федосеев не сумел сдержать улыбки. Мужичок всерьез поверил, что патроны боевые."
"Рядом сочувственно закивали, с интересом рассматривая счастливчика. Чего только на свете не случается! А ступи он на полшага вперед, так и рассказать было бы некому.
– Так сколько их было? – спросил молодой парень, сплюнув жевательную резинку.
– Кажись, человек десять.
