Автор
Снежана Машковская, мастер плетения кружева, получает неожиданный вызов от полиции. В лесу найден чемодан с останками пожилой женщины и старинным эскизом кружева. Экспертиза становится началом опасного расследования, в котором любительница рукоделия оказывается втянута в тайну давнего...
В эту ночь, впервые за несколько дней, минувшие с того момента, как Дуся принесла ей сапфировый крест, Тата крепко и без сновидений спала, не мучаясь от необходимости принимать непростое решение. Без креста словно воздух в ее доме стал чище. Да, все правильно она сделала! И душу облегчила, и на других людей тяжесть не переложила. А главное – Софию уберегла."
"И все-таки спустя несколько дней сомнения начали посещать Тату. Раз никто, кроме нее, не знает, где спрятан крест, значит, случись с ней что, никто и не поймет, где его искать. Как и много лет назад, она была уверена, что Дуся и Палашка имеют равные с ней права на сапфировую реликвию. Вместе они ввязались в это безумство, а значит, имеют право знать о последствиях. Она, Тата, – лишь хранительница тайны креста, не более, а значит, нужно сделать так, чтобы в будущем его можно было найти.
Рассказать детям о том, что она сделала, было немыслимо, да и не хотела Тата смущать их стоимостью ее секрета. В детях она, конечно, была уверена, но ставить их перед искушением считала неправильным. Как рассказать о реликвии, не рассказывая? Как указать к ней путь, не говоря ни слова? Решение этой проблемы тоже пришло в голову внезапно и осветило, как удар молнии. Ну да, конечно же!
Следующие несколько дней Тата провела за работой. Много лет не разрабатывала она сколков, предпочитая заниматься ремеслом, а не творчеством, но, как всегда говорила ей София, руки-то помнили. Черточки и точки на большом листе плотной бумаги, который Тата раздобыла в бакалейном магазине, ложились каждая в свое место. Совсем скоро сколок кружевной картины был полностью готов, и только опытный глаз мог понять, что на самом деле не сколок то вовсе, а карта, ведущая к месту, в котором был надежно спрятан сапфировый крест шестнадцатого века. Оставалось отдать его Дусе – разделить знание на тот случай, если кто-нибудь из них умрет раньше, чем придет пора явить крест на свет божий.
О судьбе подруги она немного волновалась, пусть и не до конца верила в историю, что за Дусей следили, списывала ее сомнения на шок от известия о смерти Палашки. Все-таки тихим и мирным был их маленький северный город. Сходить проведать ее, а заодно отдать карту или не стоит? Впрочем, долго думать над этим Тате не пришлось. Спустя всего неделю после первого визита Дуся снова заявилась к ней во двор, живая и невредимая.
– Что, решила крест свой забрать? – настороженно спросила Тата. – Так нет его. Я с ним сделала то, что еще сорок лет назад полагалось.
