Вышла выносить мусор на дачный участок, и что-то тревожило. Звуки ребенка отдалялись, зато резкий громкий плач все яснее донесся к контейнерам. Бросив два больших пакета, обернулась — улица была пустынна как во сне.
— Так ты не только летать умеешь, — сказать, что я была впечатлена – ничего не сказать.
— Дешевые фокусы, — явно смутился он.
— Открыть дверь ты можешь, значит. А зайти нет?
Малыш снова начал кукситься, так что поскорее пригласила гарпия внутрь и побежала готовить смесь.
— Можешь начинать рассказывать, — напомнила задумчиво следующему за мной по пятам прокурору.
Мужчина был мрачен и задумчив.
какое-то время просто ходил из угла в угол, волоча за собой крылья, как король мантию. Интересно, они ему не мешают? И если он может убрать их – не проще ли ходить все время без них? И почему, если он может выглядеть как человек, в самый первый раз он заявился ко мне с крыльями?
— Как ты знаешь, в ваш город я приехал не просто так, — сухо начал он, мельтеша у меня перед глазами.
Было видно, что он напряженно что-то обдумывает и даже немного нервничает.
— Да, ты сказал, что расследуешь дело. Кто-то создал временную петлю, кажется, — вспомнила я то, что он мне рассказал в начале знакомства.
"Я, тем временем, переодела малыша и принялась разводить для него смесь. От пережитого стресса руки все еще немного тряслись, и половина порошка из мерной ложечки полетела мимо, неровным слоем покрывая кухонный стол.
— Это не просто дело. Это вопиющее нарушение всех наших законов. Нельзя вмешиваться в ход времени. Мало того, что в конечном итоге все равно нельзя будет ничего исправить, так еще и это чревато катастрофой в масштабах планеты. Ты ведь слышала про эффект бабочки? В общем, главная задача здесь не столько расследовать, сколько найти и устроить показательный процесс.
— Чтобы другим неповадно было?
Гарпий периодически бросал на меня оценивающие взгляды, заставляющие краснеть. Каждый раз, стоило ему скользнуть глазами в мою сторону, я начинала машинально поправлять волосы, вспоминая проклятую зеленку. Выгляжу я сейчас, должно быть, хуже некуда, так чего же он так смотрит?
— Именно, — мрачно подтвердил Александр.
Меня вдруг осенила внезапная мысль. Прокурор говорил про какой-то контракт, который он не может нарушить.
— Подожди… Так церберы – они с тобой? — это прозвучало как обвинение, хотя я совершенно этого не хотела.
— Я приехал сюда не один, — гарпий наконец-то остановился, скрестив руки на груди, словно защищаясь. — Существует организация, которая занимается всеми этими вопросами. Нечто вроде ООН, только для нечисти. Я лишь сопровождающий.
Я нахмурилась, вспоминая. Где-то уже что-то такое слышала.
