Вышла выносить мусор на дачный участок, и что-то тревожило. Звуки ребенка отдалялись, зато резкий громкий плач все яснее донесся к контейнерам. Бросив два больших пакета, обернулась — улица была пустынна как во сне.
Странные названия, которые говорила гипнотизерша, обрывок разговора в клинике… Как же там было? Аржу… Арбу…
Малыш снова заплакал, напоминая о том, что ему пора кушать и долго он ждать не намерен. Я спохватилась, взявшись за неплотно прикрытую бутылочку. Та, как назло, выскользнула из рук и, открывшись, пролилась на пол.
Александр кинулся мне помогать, схватившись за тряпку, лежащую на краю раковины.
— Давай помогу.
Я чуть не взвыла. Да он мне сейчас своими крыльями все только по полу размажет!
— Лучше покачай Марка, — с этими словами я осторожно переложила ему на руки малыша.
Прокурор выглядел весьма озадаченным, широко распахнутыми глазами глядя на притихшего ребенка. Все движения мужчины были при этом какими-то угловатыми, неуклюжими.
Пока передавала ребенка, случайно дотронулась до него сама, и от прикосновения пальцев к холодной коже гарпия, сердце вдруг пропустило удар.
Что бы скрыть свое смущение, поспешила возобновить разговор:
— Значит, эта организация — она здесь в полном составе? Жаждут крови этого вашего путешественника во времени? — кашлянула, вытирая разлитое по полу молоко.
— Жаждут крови… Как точно, — недобро усмехнулся прокурор.
— Ммм? — я подняла на него голову. Сейчас, когда я смотрела снизу вверх, вид гарпия с огромными крыльями за спиной и зловещей усмешкой вызывал трепет.
— Организация находится в Валахии, — пояснил мужчина. — Это княжество, ныне не существующее официально. Располагается на территории современной Румынии.
Приноровившись, малыша он уже свободно держал одной рукой, тот спокойно лежал у него на сгибе локтя.
На секунду задумалась, пожевав губу. Румыния, кровь, нечисть… с этим у меня была только одна ассоциация.
— Вампиры?!
— Древние, сильные, злые. Блюстители традиций и законов, так сказать, — скривился прокурор.
А если это что-то вроде ООН, разве там не должны быть представители всех… так сказать рас? Оборони, гарпии те же, кто там еще есть? Что за дескриминация?
— Так, ладно, допустим. А собаки?
Я наконец все убрала, а Александр, видя, что я собираюсь подняться, протянул мне свободную руку.
Стоило мне коснуться ледяной ладони, как на мгновение захватило дух, будто мы снова летели над засыпающим городом. Тогда он обнимал меня, прижимая к себе, и я чувствовала его близость каждой клеточкой своего тела, ощущала дыхание, щекотавшее мой затылок…
Мужчина резко дернул, поднимая на ноги и вырывая из мечтаний. Я покраснела, словно была застукана за чем-то постыдным.
