Вышла выносить мусор на дачный участок, и что-то тревожило. Звуки ребенка отдалялись, зато резкий громкий плач все яснее донесся к контейнерам. Бросив два больших пакета, обернулась — улица была пустынна как во сне.
— Да ладно, разве я держу? — он поднял вверх обе руки, но затем вдруг резко согнулся пополам, снова заходясь в давящем кашле.
Прокашлявшись, он, уже не скрываясь, вытер губы тыльной стороной ладони и расплылся в жутковатой кровавой улыбке.
— Похоже, времени не так много. Так что вот, что я предлагаю. Арджеш здесь по мою душу. Про месмера они не знают. Пока не знают. Но чем дольше я скрываюсь, тем больше вероятность того, что им все станет известно. Даже если цербер не найдет его первым… ты в курсе, что делает Арджеш с обладателями редкого дара? Если нет – спроси у своего дружка.
— О чем вы? — против воли включилась я в беседу.
— О том, что у него тоже есть дар, который он умудрился неосторожно засветить. Рассказать тебе, что было потом? Хотя лучше он тебе сам расскажет. Это было кроваво. Целое гнездо гарпий погибло за один день.
— Они убили его семью? — несмотря на всю плачевность моего состояния, я не смогла не задать вопрос.
— Он сам убил свою семью, — довольно хмыкнул Юрий. — Потому что Арджеш пожелал этого.
— Замолчите, — я болезненно дернулась. Несмотря на все еще не отпускающее действие препарата и общую заторможенность, такие слова не могли не достичь цели. — Вы врете! Вы не можете знать…
— Дорогая моя, я черт. Все знать — это моя сущность.
Стоило скользнуть взглядом по обоям, как они расплывались перед глазами, рисунок наслаивался друг на друга, становясь объемным, отчего тут же начинало казаться, что я тону.
Нужно как-то бежать отсюда. Но… что если черт прав?
— И что вы предлагаете?
— Объединить усилия и выкинуть вампиров из нашего города.
— При чем здесь я? У меня нет магических сил.
— Зато у тебя есть магический ребенок. Боюсь, без твоего согласия я не то, что ритуал закончить не смогу, а помру, только подумав о нем.
Собственная шутка показалась Юрию настолько смешной, что он в который раз за день расхохотался.
Интересно, если я совру, чтобы он отдал мне Марка, это подействует? Или однажды данное формальное согласие отмене не подлежит?
Чуть поколебавшись, с трудом подбирая слова, произнесла:
— Покажите мне сначала малыша. Я должна убедиться, что с ним все в порядке.
Юрий поджал губы, грозно зыркнув на меня. Если бы директор так смотрел на меня сегодня, в то время, как пытался спихнуть на меня лишнюю работу – я бы взялась за нее, не раздумывая.
