Стоя на крыше четырехэтажного дома, я любовалася закатом, когда внезапно сердце забилось так быстро и сильно, как никогда прежде. Воздух был теплым и свежим, словно дыхание любимой девушки. Но в этот момент я поняла, что жизнь имеет заветную неизбежность — сгореть, чтобы возродиться снова, как феникс из пепла. Книга "Крылья Феникса" раскрывает глубокие смыслы любви и перерождения через призму одиночества и стремления к свободе....
А там, куда падали его искры, рассеивались тени, оживала земля и в мгновение ока таяли порождения тьмы. Широкий размах крыльев словно покрывал собой весь Артоган, касался защитного купола, который сиял, светился, переливался всеми оттенками радуги, точно гигантский мыльный пузырь…
А затем, не успел никто опомниться, как навстречу этому фениксу вылетел еще один — его точная копия. И я, в изумлении за ним наблюдая, точно знала, откуда он — из Северной башни Института аэллин. Из сундука в кладовой, где пролежал много-много столетий…
Две прекрасные огненные птицы рисовали в небе пламенные узоры и прогоняли мрак.
Завороженная зрелищем, я пропустила тот момент, когда Нориан сначала сел, а затем, полный сил, поднялся на ноги. Только когда он протянул мне руку, предлагая встать, я внезапно осознала, что слабость ушла. Что в моей душе снова сияют искры, зажженные теми, что рассыпали птицы…
Оглянувшись по сторонам, я увидела, как потрясенные фениксы осматривают друг друга и самих себя.
Нориан обнял меня, и мы посмотрели на чистое рассветное небо. Ветер унес последние следы едкой гари и наполнил воздух ароматами прохладной свежести… Наступило долгожданное утро.
ГЛАВА 29
Кайл, вальяжно рассевшийся в одной из парадных гостиных императорского дворца, выглядел предельно довольным жизнью. Чего нельзя было сказать об остальных присутствующих: Нориане, докторе Шайне и мне — нервничающей, но старающейся держать себя в руках.
— Нор, хватит смотреть на меня так, словно хочешь убить, — по лицу Кайла расползлась ленивая усмешка. — Все сложилось просто прекрасно. И вообще, почему твоя постная физиономия постоянно обращена ко мне? Не я столкнул любовь всей твоей жизни с небесного острова.
Нориан недобро покосился на раскуривающего трубку Шайна и сдержанно заметил:
— План был твоим. И, как всегда, безрассудным.
— Как всегда действенным, ты хотел сказать? — поправил Кайл. — Должен заметить, что именно благодаря нам со стариной Шайном этот мир уцелел. Но, конечно, кого это волнует? Все лавры достаются среднему из братьев Снэшей и его новоявленной крылатой аэллине!
В их пререкания я практически не вслушивалась. До сих пор не могла прийти в себя от всех свалившихся потрясений и открытий.
Сейчас прямо передо мной лежал дневник, принадлежащий Аэллине Лейстон, то есть мне.
