Автор
В этом психологическом приключенце злые духи используют самые жестокие методы для причинения вреда главному герою — отцовской фигура выступает в роли хладнокровного нарушителя границ. Смерть родителей и бесчеловечные телесные мучения — это лишь начало, после которого жизнь героя становится еще более драматичной: депрессия, самоубийственные冲动，咬人。虽然初期氛围阴沉且充满悬疑，但最终系列仍将以幸福的结局收尾。适合喜欢复杂心理博弈和紧张刺激剧情的读者。...
Забава, которая до этого задерживалась на его лице, давно исчезла, сменившись вспышкой шока и гнева.
— Никогда больше так не делай, — прорычал он, скривив губы, обнажив идеальные зубы хищника, не такие острые, как у вампира, но уж точно острее, чем у фейри. — Не думаю, что директриса оценит, если ты нарушишь ее правило номер один."
"Он прижал меня к себе еще на секунду, и мое тело нагрелось от нашей близости. Я много раз была так близка с мужчинами во время тренировок, но это было совсем другое. Это было интимно, жестоко и так, так неправильно.
— Отойди от меня, — прошептала я, толкая его в грудь и заставляя отпустить меня.
— Поверь мне, Охотница. У меня есть свои мотивы, чтобы пережить Мойру. Я не планирую забираться в твою постель поздно ночью, как бы ты ни мечтала об этом.
Я чуть не поперхнулась. — Тогда сделай нам обоим одолжение и не лезь не в свое дело.
Он улыбнулся, но в его улыбке не было ни капли любезности. — С радостью. Увидимся вечером на Благословении, соседка. — Его челюсть сжалась, когда он вышел из комнаты, направляясь бог знает куда.
Выжить в Мойре. Добраться до Золотого города.
Проживание в одной комнате с единственным чертовым ангелом в этой академии не помогло бы мне не высовываться. Но, возможно, никто не заметил, возможно, никто не видел, как мы дошли до конца коридора.
Я подождала несколько секунд, убедившись, что Вульф ушел, а затем открыла дверь и выглянула в коридор.
На меня устремились десятки глаз, которые с благоговением смотрели прямо на меня, словно только что наблюдали за выходом Вульфа из этой же комнаты.
Отлично, просто отлично.
Я закрыла дверь и зажмурилась, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Это была не я. Я не относилась к тем людям, которых раздражают высокомерные придурки. Я была сосредоточена, решительна.
Это было ничтожным, несуществующим препятствием в моем плане.
Я подошла к кровати и открыла сумку, доставая два дополнительных комплекта одежды, которые взяла с собой. Они были простыми, легкими. Они не будут мешать мне. На дне сумки лежал маленький кожаный шнурок, который мне подарила Румми. Она всегда настаивала на том, чтобы я завязывала свои черные локоны подальше от глаз, и я с этим искренне соглашалась.
