В Александр-Шанц, где солдатская рота мушкетеров стоит на боевой готовности, дядька капрал Цыган указывает на группу незнакомцев. Здесь воздух напряжен от недавних событий, и чувствуется что-то необычное в приближении высокопоставленных лиц — словно мир тонет в тайны, скрывающихся за обычными повседневностью....
Был бы Федор Евграфович, и его бы с собой взяли, потому как ловок он. Но тут уж чего говорить!
Через десяток минут три егеря налегке, только лишь с одними кинжалами, карабкались на крутой горный склон.
– Упадуть, упадуть сейчас, – бормотал молодой солдатик, со страхом вглядываясь в распластанные на скале и поднимавшиеся по малой пяди вверх фигуры.
– Язык прикуси! – прорычал Василий, ладонью, словно лопатой, шибанув парню затрещину. – Залезут! Эти точно залезут!
Медленно поднявшись по вертикальному склону, егеря уже гораздо быстрее переместились вправо и вскоре оказались прямо над нужным местом.
Алексей напряженно всматривался в трубу, отслеживая, как буквально по чуть-чуть, по малому дюйму, спускались вниз его люди. Вот они замерли на уступе и потом спрыгнули прямо в расщелину.
– Вперед! – выкрикнул команду Алексей.
Теперь уже им таиться никакого смысла не было. Если у его троицы ничего не выйдет с бесшумным нападением, то егеря там хотя бы помогут своим товарищам!
– Живые они, братцы, живые! – переведя дыхание, воскликнул Василий. – Говорил же, что залезут и что все у них получится!
От расщелины вниз к ручью спускалась вся троица. Мундиры и руки у егерей были в крови.
– Двое их было, вашвысокблагородие! – доложился Аникеев. – Безо всякого шума мы их обоих срезали.
– Молодцы, пластуны! Красиво сработали! – похвалил егерей Алексей. – Расчистили путь вперед для роты.
Следующие пару часов егеря неспешно и аккуратно окружали развалины старинного монастыря. С атакой командир пока не спешил. Нужно было ударить так, чтобы ни один мятежник не смог бы укрыться в горах. Хотелось избежать еще и потерь среди личного состава.
Три десятка самых отборных стрелков со штуцерами были расставлены вкруговую. Два с половиной десятка людей, разделенных на пятерки, составляли штурмовые группы.
У главного входа в полуразрушенное, массивное здание сидели на камнях человек семь. Они что-то болтали между собой и посматривали, как двое их товарищей свежуют тушу барана.
– К ужину готовятся! – процедил сквозь зубы Григорий, лежа за валуном. – Сейчас накормим! – и приник к прицелу.
