В Александр-Шанц, где солдатская рота мушкетеров стоит на боевой готовности, дядька капрал Цыган указывает на группу незнакомцев. Здесь воздух напряжен от недавних событий, и чувствуется что-то необычное в приближении высокопоставленных лиц — словно мир тонет в тайны, скрывающихся за обычными повседневностью....
Весть о том, что командир совсем скоро будет отцом, распространилась по всем местам постоя егерей с огромной скоростью.
Женские крики и стоны в избе чуть стихли, и Лешка вдруг услышал новый, тонкий, писклявый детский голосок.
– Мальчонка, да точно говорю вам, что мальчонка, – препирались за спиной у Лешки егеря. – Вишь, вона как он, ажно с баском, по-мужицки эдак орет! Верно вам говорю, хенералом парень будет!
Дверь избы распахнулась, и бабка Сидора поманила Алексея.
– А ну-ка, давай заходь, батько! Син у тебе народився.
Лешка не чувствуя ног бросился в избу, а за его спиной Степан влепил подзатыльник Федотке.
– Живот круглый и высокий – девка будет! Балда! А ну-ка, дай сюды ружжо, сейчас салютовать будем!
На руках у Алексея, завернутый в чистую простынку, шевелился маленький человечек – его сын!
– Сын у меня, сын!
Лешка просто не верил, что вот это все сейчас происходит с ним реально. Уже пусть даже в одном этом и есть смысл во всей его жизни!
«Бам!» – хлопнул на улице первый ружейный выстрел.
«Бабах!» – вдруг ударило орудие на главном форте. «Бабах!» – вторило ему другое, а потом и третье.
– Похоже, и правда воин родился, под огненный грохот салюта, как Илья-громовержец, сей младенец в наш грешный мир входит, – усталый дядька Михайло с улыбкой глядел на счастливого отца.
– А ведь и правда – Илья, Ильюша! – радостно и по-детски широко улыбнулся Алексей.
– Все хорошо, Алексинька, – донеслось тихо из-за занавески.
У Алексея сноровисто и решительно забрали малыша, а его самого вытолкали на улицу.
– Рано, слабая она пока. Крови много потеряла при родах. Нельзя к ней сейчас.
– Все хорошо, ты не волнуйся, Алексей, – успокаивал его Михайло. – Это я тебе как врач говорю. Подожди немного, хотя бы до вечера, а потом мы и сами уже из вашей избы уйдем.
Лешка вышел за дверь. Вся улица вокруг была заполнена людьми в мундирах.
– Как моего племянника назовете, командир? Живан с другими ротными офицерами толклись прямо возле крыльца избы.
– Илья! Ильюха! – радостно улыбнулся Егоров."
"– Илья! Илья! Илья! – словно волной покатилось по заполненной солдатами улице. – Ура отцу-командиру! Ура-а! Ура-а! Ура-а! – гремело со всех сторон.
