НОРМАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ ЖИВОТНОГО. Был уже конец рабочего дня, когда я подъехал к своей конторе. Тень от акации, где обычно я оставлял свой «жигуль», отползла далеко в сторону. К тому же там прохлаждался черный "Лендкрузер" с темными стеклами, словно глаза забиты грязью. Мне пришлось поставить машину подальше и оставить ее на свету до тех пор, пока не раздобыти несколько тонких полотенца из офиса....
Следовательно, в разряд подозреваемых попасть уже не мог. И я стал развлекаться, как кот с мышкой, подкидывая тебе приманки и заманивая тебя в сети. Не было такой минуты, когда я бы не знал, где ты находишься. Если ты вырубал свой мобильник, я легко переключался на телефон твоей подруги…
Он подошел к тумбе, на которой стоял телевизор, открыл стеклянную дверцу и вынул оттуда бутылку коньяка и два бокала.
– Это не спирт, голову даю на отсечение, – заверил Новоруков, наполняя бокалы до краев. – Великолепный коньяк, подарок от моих братьев!
Он взял бокалы и пошел ко мне.
– Ах, да! – насмешливо произнес Новоруков, остановившись в двух шагах от меня. – Понимаю…
Он опустился на корточки, поставил один бокал на пол и отошел к пульту.
– Таким образом я определил, что ты побывал в каком-то частном доме на Южнобережном шоссе, – делая глоток из бокала, сказал Новоруков. – Мне не составило большого труда узнать, что дом принадлежит некоему Фатьянову.
Новоруков наигранно вздохнул и снова отпил из бокала.
– Я без труда просчитывал все твои ходы! – бахвалясь, сказал он, сел на стул и закинул ногу за ногу. – Я знал, что ты обязательно придешь к матери Тоси, и сам побывал у нее незадолго до тебя. Мне надо было убедиться, что там не осталось писем в военкомат и других документов, которые могли бы кинуть на меня подозрение. С этой же целью я забрался в твой офис… Кстати, ты нашел мазь, которую я тебе оставил?
– Нашел.
