НОРМАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ ЖИВОТНОГО. Был уже конец рабочего дня, когда я подъехал к своей конторе. Тень от акации, где обычно я оставлял свой «жигуль», отползла далеко в сторону. К тому же там прохлаждался черный "Лендкрузер" с темными стеклами, словно глаза забиты грязью. Мне пришлось поставить машину подальше и оставить ее на свету до тех пор, пока не раздобыти несколько тонких полотенца из офиса....
Я ведь прекрасно, лучше других понимаю, какие ошибки успел сегодня совершить и к чему они привели. И чужое мнение, чужое сопереживание мне совсем ни к чему… Я отдернул ладонь, вытер глаза.
Конечно, мне было горько осознать, что Федька, мой боевой товарищ, погиб не в бою, не на чужой земле, а в курортном поселке, у теплого спокойного моря, от пули какого-то морального урода. Вот этого я меньше всего ожидал. Я был уверен, что это моя жизнь висит на тонком волоске, что она не стоит ломаного гроша, и был готов к выстрелу, удару ножом, падению мешка на голову или полету с обрыва в море.
Но произошло нечто невероятное. Федьку убили. Несколько минут спустя после того, как я с ним поговорил по телефону. Монолит рухнул.
Глава 8
ВЗГЛЯД В ТУМАН
…Я, наверное, проспал час или два, потому что, открыв глаза, увидел ослепительно яркую луну, висящую прямо над моей головой. Ложбина, покатые склоны гор, белые столбы виноградников и «Опель» были залиты мертвенным светом. Я видел море, усыпанное серебристыми искрами, и бугристую береговую полосу, похожую на скопище неуклюжих, тучных животных, пришедших на водопой и застывших в утолении жажды.
Ирэн сидела рядом со мной и осторожно царапала ногтями мою щеку.
– Уже третий час, – сказала она. – Поедем?
Сон, даже если он короткий, все равно проводит черту, разбивая жизнь на мелкие части и отделяя «вчера» от «сегодня». Кошмар с убийствами, гонки по ночной дороге – все это было вчера. Тот день безвозвратно ушел и больше никогда не наступит. Может быть, сегодня будут новые убийства и новые гонки.
"Я вскочил на ноги и тотчас вспомнил про раненую руку. Наверное, во сне я отвык от своего незаурядного состояния, потому как боль показалась мне более выраженной, чем это было вчера. К тому же повязка насквозь промокла от крови, и рана горела, словно под повязку каким-то чудом угодил маленький паяльник, а какая-то сволочь не поленилась воткнуть вилку в розетку.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Ирэн.
