В кабинете полковника Тарасова напряжение росло с каждой минутой: восемь человек из оккупированного Перекопа столпились вокруг него, ждя слово. Сообщение о том, что перекопские укрепления были пробиты противником, привело к панике среди военных. Полковник Тарасов с оттенком холодной уверенности подтвердил噩耗，气氛瞬间凝重起来。...
Кроме них в освобожденных городах таились еще всяческие бывшие полицаи и прочие вражеские прислужники, по каким-то причинам не отступившие вместе со своими хозяевами. Да и разной прочей публики, которую не радовал приход Красной Армии, также хватало. Вот это и были те враги, с которыми сражался сотрудник СМЕРШа капитан Ольхин. Здесь и была его линия фронта. Так что какие уж тут кабинеты!
– Давайте все по порядку, – сказал Ольхин Ласточке. – Не упуская по возможности никаких мелочей. Мне нужно представить всю картину произошедшего.
– Я понимаю, – сказала Ласточка. – И я постараюсь. Но все равно какую-нибудь мелочь я упущу. Обычно так и бывает. Вот если бы вы поговорили со всеми нами разом… Ну, с теми, кто остался жив…
– Может, и поговорю, – сказал Ольхин. – Но пока я хочу поговорить с вами. А чтобы вам было легче припомнить, поступим так. Я буду задавать вопросы, а вы – на них отвечать. Вы не возражаете?
– Да, так будет проще, – согласилась Ласточка.
– Отлично. Тогда такой вопрос.
– В ночь с седьмого на восьмое марта.
– Как это случилось?
– Как случилось? – печально переспросила Ласточка. – Все произошло просто и, если можно так сказать, прозаично. Ночью в дома ворвались солдаты и почти всех подпольщиков из группы арестовали. Причем в одно и то же время.
– Сколько человек было арестовано?
– Двенадцать.
– А скольких не арестовали?
– Вместе со мной – пятерых.
– Угу… А почему не арестовали вас?
– Именно меня?
– Да, именно вас.
– Меня в ту ночь не было в городе.
– И где же вы были? – Ольхин стрельнул в Ласточку взглядом.
– В деревне, – ответила Ласточка. – Недалеко от Симферополя есть деревня, называется Агармыш. Вот там я и была в ту ночь.
– И что вы там делали?
– Там живет моя мама. Я иногда ее навещаю. Она больна, а помочь ей, кроме меня, некому. Ну, вы понимаете…
– Понимаю. А по какой причине не арестовали остальных четверых?
– В общем, всех по той же самой причине, что и меня.
– Что, не ночевали все четверо?
– Насчет всех четверых не знаю. Не ночевали Стратег, Лихой и Абдулла. Ну, и я.
– И где же провели ту ночь эти трое?
– Я не знаю… Думаю, что вам лучше спросить у них самих.
– Обязательно спросим! – капитан вновь бросил быстрый взгляд на Ласточку. – Вы ничего не сказали еще об одном человеке – о пятом…
– Да, о пятом… Пятый – это Бильярдист.
