Ишак моментально проникся, юркнул в свою развалюху и умотал в сторону, искать другое место. Я, гордый своей победой, тут обратил внимание, что припёрся владелец серо-стального китайского ‘внедорожника’, видимо со своим сыном – дылдой, прикатили аж две гружёных с верхом суперамаркетовские тележки, и стали споро грузиться в свой рыдван. Открыли багажник... – ага, так это у них не первая ходка, багажник и салон уже были наполовину забиты всякой всячиной. Тут появились и батя с Толиком – быстро они. Оно и понято – как бы в очередях-то не стоять... Тащили две полные битком сумки, и ещё здоровенный, набитый дополна толстый пакет, почти в рост человека, но лёгкий. – Давай, Серый, помогай, уложи назад под ноги! Мы ща опять сбегаем. Я шустро стал помогать им укладываться. Ого, сколько консервов! Бутылки, – с чем это? О, сироп! Концентраты соков! А это?.. – Это, Серый, не доставай из пакета, просто утрамбуй его под ноги! Пусть мнётся. Чипсы это – дрянь, зато много и на халяву. Пофиг – лёжа поедем, нету ГАИ! Некогда! В багажник ща вывалим из сумок – покидай тоже в пакеты и пристрой, там с тележками уже не пробиться! Я стал торопливо выгребать всё подряд из сумок в багажник. Батя помогал, сгребал всё в пакеты и рассовывал их поплотнее. Мужик с сыном дылдой, видать, забили свой внедорожник доотказа, и теперь силились как-то втиснуть ещё содержимое половины одной тележки – и у них не очень получалось. Толик, бросив сумки, направился к ним. – Харэ, джентльмены, всё один чёрт не влезет; нельзя быть настолько стяжателями! (о, какие слова знает!) – Оставьте нам на бедность, у вас и так полно... Дылда-сын выставил недоумённо-агрессивную морду из машины, где пытался как-то утрамбовать содержимое; и папаша его повернулся к Толику, и явно что-то хотел сказать ругательское, но осёкся, когда Толик отвернул полу курточки, которую носил, несмотря на жару, и продемонстрировал им наган за поясом. Жалобно звякнула об асфальт монтировка, выпавшая из внезапно ослабевших рук парня, батя его отцепился от тележки и попятился к машине. Через секунды они уже с пробуксовкой мчались на выход, а Толик подкатил тележку к нам. -Ты что, с ума сошёл?? – оторвался на него батя – Это ж вооружённый грабёж, ты соображаешь?! – Ага, а сейчас мы чо делаем – уточек покормить на пруду вышли?? – огрызнулся Толик, -Экспроприация экспроприаторов! Как завещал великий Ленин! – Ты дурку-то не включай. В магазине мы как все. Кассы, типа, не работают... Собственно, скорее всего никто ничего предпринимать по растащенному не будет, – батя, заканчивая укладывать утащенное из гипермаркета, размышлял вслух, – А тут считай вооружённый грабёж. И хотя они сами наверняка никуда обращаться не станут – но срисовать номера могли... Хотя номера и чужие. Но...