Повезло ещё, что кто был в подъезде, заперлись сразу. Старуха умерла тоже. Ну, с гоблинами просто, – Толян их за ноги всех стащил к мусорке. Получилось одиннадцать трупов. Славно Устос поработал. Двоих только невредимых батя с Толяном подстрелили, остальные добитые были в той или иной степени раненые или убитые Устосом, или расшибшиеся при падении с козырька. Толян их всех добил. А вот ‘главного’, в косухе и с обрезом, среди них не было... Я его хорошо запомнил. Потому я специально сходил к помойке, где под огромной грудой источавших вонь пакетов стояли мусорные контейнеры; а рядом лежали убитые гоблины. Что-то во мне перевернулось. Я смотрел на трупы с полным спокойствием. И главаря среди них не было. Толян за ногу приволок последнего и бросил рядом, когда некая бабка подошла выбросить мусор. У неё и мусорного пакета не было – просто, по старинке, высыпала очистки и обрывки из пластмассового розовенького ведра в зловонную кучу. Посмотрела на покойников, и с осуждением Толику: – Что вы наделали, их бы надо в милицию! Теперь вас посодют! Я увидел, как у Толяна буквально глаза полезли на лоб, он явно хотел сказать что-то, но не нашёлся. А бабка, качая головой, побрела обратно к дому. – Во даёт, а?.. – только и смог сказать он, когда бабка уже отошла. – Плюнь, Толь. Пошли. Нет его здесь. – Нет, во даёт, а?.. – он помолчал, сплюнул на руки и вытер ладони о штаны, – Как говорит Олег, парадигма сменилась – а они этого и не заметили... Бабка уже скрылась в подъезде, когда он, наконец, нашёл адекватный ответ и крикнул ей вслед: – Чё ж ты тогда, старая, милицию-то не вызвала, когда дверь в подъезд ломали? Или вышла бы, да пристыдила фулюганов!.. – но бабка уже не слышала. А Толян ещё долго потом не мог успокоиться и время от времени повторял, вспоминая: – Не, ну даёт старая, а?.. В милицию!.. Посодют!.. За, б..., причинение тяжких телесных честным гражданам!.. Старика со старухой решили похоронить прямо во дворе. Заставлять копать могилу не пришлось, – батя только заикнулся, как несколько мужиков с готовностью вызвались и найти лопаты, и похоронить стариков. Вскоре во дворе уже кипела работа. Стариков занесли к ним в квартиру, и над телами хлопотало несколько женщин и старух. Тогда трупы ещё были в диковинку. Тогда трупы ещё старались прибрать, переодеть... Это, конечно, не касалось гоблинов. Выносящие мусор считали своим долгом прошипеть в их адрес что-нибудь злобное, а то и пнуть безответных покойников. Толик сказал, что, наверное, самое разумное будет их сжечь – прямо на мусорке. Завалить мешками с мусором, облить бензином и сжечь. Батя с ним не согласился, – вони будет на весь микрорайон, и не сгорят они дотла, вонять долго будут.